— Достопочтенные члены парламента, напоминаю, что решающий голос принадлежит Спикеру, э-э, то есть мне. — Он сделал паузу, возможно, обдумывая эффект своих следующих слов. — Итак, я подаю голос «против». Таким образом, настоящий законопроект отклонен со счетом «триста сорок шесть» против «трехсот сорока пяти».

В зале разыгрался настоящий шторм. Усилия Спикера по восстановлению порядка остались без внимания.

Дональд откинулся на спинку стула. Стену из стали удалось пробить!

На стороне правительства Уоринг и его кабинет окаменели. А вот Хью Гриффит наоборот мгновенно вскочил на ноги и потребовал предоставить ему слово. Раскатистый голос Хью легко перекрыл радостный гомон его коллег по оппозиции.

Спикеру, наконец, удалось призвать зал к порядку, и первым делом он удовлетворил просьбу лидера оппозиции.

— Господин Спикер! В свете только что проведенного голосования, — гремел Гриффит, — у меня создалось впечатление, что правительство, находящееся у власти, утратило способность проводить свои законы. Поэтому, как лидер оппозиции, я прошу заявить, что палата не доверяет правительству Его Величества.

Зал снова взревел, каждый старался высказать свою точку зрения громче всех. Спикеру потребовалось пять минут, чтобы сделать уровень шума приемлемым для лидера оппозиции.

Однако как только Спикер замолчал, вскочил Уоринг. Он произнес короткую страстную речь, сводившуюся к призывам сплотиться вокруг его партии, угрозами в адрес тех, кто не поддержал своего лидера. А потом он неожиданно замолчал и сел, уступая слово своим врагам.

Люди не поняли, что это было. Возможно, демонстрация уверенности; с другой стороны, стремясь не допустить полномасштабного восстания, премьер предпочел закрыть дебаты до того, как колеблющиеся успеют все обдумать, после чего простое отступничество вполне способно превратиться в паническое бегство.

Снова поднялся сильный шум, а когда он, наконец, стих, Спикер Карпентер сказал:

— Х-м, будем считать, что предложение достопочтенного члена правительства было обсуждено с удивительной краткостью. Если у оппозиции нет возражений, я дам возможность задать вопрос следующему выступающему.

— Мистер, Спикер, — вставая, сказал Чарльз Грэм. Пришла пора ему сыграть свою роль. — Я предлагаю поставить вопрос о вотуме доверия правительству прямо сейчас.

На этот раз суматоха, вызванная этим предложением, поднялась такая, что молоток Спикера оказался бесполезен. Спикер подумал, и приказал клерку ударить в большой парламентский колокол. И все равно до голосования дело дошло только минут через десять. И вот настал момент истины: коды введены, голоса поданы.