Гюрза Левантская Закон Долга. Болото

Гюрза Левантская

Закон Долга. Болото

Глава 1. Провал

Глава 1. Провал

Скучно.

Ира сидела за столом, глядя в тетрадку с лекциями. За окном летали снежинки, завтра экзамен по скучнейшему из предметов. Тетрадка была перечитана несколько раз, некоторые места заучены наизусть. Это, конечно, не спасёт от практической части, придётся действовать экспромтом и молиться о «билете-который-я-учила». Она была неплохой ученицей, но грызла гранит науки на платном факультете. Не хватило баллов поступить на бюджет. А если факультет платный, то нужны деньги. Деньги — это работа. А значит, какую-то часть времени работа будет жрать от институтских лекций. Крутилась как могла, но конкретно по данному предмету пропустила едва ли не половину. И, как назло, препод был тот ещё индюк, и перед экзаменами никто не поделился тетрадкой даже на время и на «отксерить». Все учили. Предмет был профильным.

Время: без двадцати час. День в самом разгаре, плюнуть бы да пойти погулять, но мандраж перед экзаменом убивал всякое настроение. Глянула в зеркало. Может, всё-таки взять себя за копчик и поделать по утрам зарядку? Пару кило сбросить не помешает. Хотя если быть честной, то все десять. Хлопнула форточка. Холод пробрался сквозь домашнюю футболку, лизнул голые пятки, залез под джинсы. Встать и закрыть? Да ну её. Хоть так почувствовать буйство любимого сезона, который по-хорошему надо проводить на коньках и лыжах, а не за зубрёжкой.

Это всё город. Серый и душный, он убивал всякую надежду на глоток свежего воздуха. И не только в буквальном смысле. Ежедневная рутина — убийца любого творческого порыва. Как выбрать драгоценные минутки для кисти, пера или …да чего угодно! Если утром работа, вечером учёба, домашка, если силы остались, и снова по кругу после рваного сна и завтрака на бегу.

Были, конечно, и выходные. Но их приходилось делить между хобби и личной жизнью. Как правило, личная жизнь профессионально перетягивала одеяло на себя. Да это и нормально в двадцать лет: «Играй, гормон!» Первые опыты с серьёзными отношениями, дружбой на века, сексом во всех его вариациях, границей возможного и невозможного на молодёжных пьянках-гулянках. Щекочущий ноздри запах свободы и взрослой жизни. Кто-то эти опыты поставил в шестнадцать. Кто-то и того раньше. Она же была «поздним цветком», обожавшим книги, которые по школьным временам лопали всё свободное время. Только с поступлением в институт она толком оглянулась на окружающих, это как раз совпало с тем самым гормональным взрывом, переходным возрастом.