Рафик умчался в светлую комнату, и офицер проводил его взглядом, а потом повернулся к бабке.

— Долго мы тут куковать не сможем. Сейчас там Второй начнет волноваться.

— Долго не надо, максимум полчаса, думаю, — успокаивающе сказала Миртрума.

— Да, а с Первым-то что?

— Всё с ним в порядке, — махнула рукой Миртрума. — Спит. Потом проснётся с головной болью. И другими больными местами.

— Разбудить его можно? — деловито спросил офицер. — Я бы его на лестницу выгнал. Нечего тут слушать.

Миртрума задумчиво посмотрела на него, потом оценивающе глянула на Первого:

— Хорошо. Только вы сразу его охолоните, если что.

Офицер кивнул, а старушка ловко развернула кресло и подкатила к телу на полу. Первый посапывал. Она подняла взгляд на офицера:

— Сможете его мне спиной к коленям прислонить? Мне самой нагнуться сложно.

Тот поморщился и почесал затылок:

— Он здоровый, блин… А Второго звать не хочется сюда…

— Рафик! — крикнула Миртрума. — Ты чай поставил уже, подходи сюда, поможешь.

Рафик сразу появился в дверях. Он и правда уже поставил всё для чаепития, но хотел побыть вдали от напряжённой атмосферы в одном помещении с полицейскими. Вдвоём с офицером они приподняли Первого и прислонили спиной Миртруме к коленям, придерживая бессознательное тело. Та прощупала его шею, а потом надавила в нужном месте.

Первый вскрикнул, широко открыл глаза и взмахнул руками, пытаясь вырваться и подняться.

— Рядовой, не двигаться! — звучно скомандовал офицер.

Первый затих.

— А теперь вставай, но аккуратно. И автомат не трожь!

Рафик и офицер отпустили Первого и тот мешком повалился на пол от ног Миртрумы. А потом приподнялся на четвереньки и ошалело помотал головой.

— Первый, ты меня слышишь? Понимаешь? — продолжил офицер.