— Ясное дело, — сказал Боб. — Я — ее брат.

— Так даже хуже! — завопил он. — Какой брат сидит и позволяет его сестре страдать, чтобы держать в узде несколько драконов, которых нужно запугивать, чтобы они слушались? Если страх перед Челси — единственное, что держит семью вместе, то у нас проблемы серьезнее.

— Сказал истинный реформатор, — сказал Боб с улыбкой. — Но я не говорю тебе все это, потому что у меня есть политические интересы. Я говорю это, потому что вижу будущее. Это не спекуляция для меня, Джулиус. Я уже знаю, как все сложится, и я говорю тебе, что дорога, по которой ты планируешь вести нас сегодня, плохо кончится для всех.

Джулиус недоверчиво смотрел на него.

— Так если я освобожу Челси из рабства, клан — что? Обречен?

— Я бы не заходил так далеко, но я бы не выбрал этот путь, — сказал пророк. — И я не говорю, что она должна быть в рабстве вечно, просто нельзя освобождать ее сейчас.

— Или что? — осведомился Джулиус. — Что за будущее так ужасно, что лучше оставить Челси под каблуком Бетезды?

— Ты знаешь, что я не могу тебе сказать, — раздраженно сказал Боб. — Я уже объяснял много раз, почему ужасная идея — выдавать знания о будущем не-пророкам. Если я скажу тебе, что произойдет, ты станешь спорить и придумаешь тысячу причин, почему я ошибаюсь, гибель, которую я предрек, не может сбыться, потому обычно я не говорю ничего прямо. Я предпочитаю подталкивать тебя, пока ты не придешь к решению, которое я хотел от тебя, но времени почти нет. Я не говорил бы тебе все это, если бы это не было очень важно, так что тебе нужно довериться мне. Не освобождай Челси этой ночью.

Джулиус глубоко вдохнул.

— Я доверяю тебе, — сказал он. — Если ты говоришь, что произойдет нечто плохое, я в это верю, но это не отменяет того, что я собираюсь сделать.

Боб притих, его зеленые глаза стали холодными.

— Это очень глупое решение, — сказал он.

— Не спорю, — согласился Джулиус. — Но мне плевать. Что бы ни случилось, мы разберемся с этим, но я не дам Челси и дальше платить за наш комфорт и безопасность ее страданиями.

— Но я уже сказал, что ты можешь освободить ее позже, — напомнил ему Боб. — Это компромисс! Ты же их любишь?

— Не в этом, — он сжал кулаки. — Может, в другой раз я бы и согласился, но я только что получил самый жестокий урок об опасности промедления. Ты говоришь, что ее можно освободить позже, но позже для нас не гарантировано, да? Челси уже потеряла шестьсот лет на этот бред. Я не дам ей страдать ни минуты больше.

— Даже после того, как она приказала тебе это не делать? — прорычал пророк, перестав играть веселого брата. — Мы оба знаем, что она не отблагодарит тебя за это.