— Тогда почему она блокировала восприятие единого сознания в ангаре? — спросил Каллум.

— Потому что она — тайный агент, — упрямо повторила Кандара. — И каким–то образом независима.

— Возможно. — В голосе Джессики звучала неуверенность. — Я согласна, что эта квинта ведет себя не так, как обычные оликсы.

— Интересно, где она этому научилась? — пробормотала Кандара. — Что сбило ее с пути истинного?

— Оликсы обладают определенными естественными амбициями, — сказала Джессика. — Как и большинство разумных рас. Это универсальная часть арсенала природы, действующая как эволюционный катализатор. Только проявившая себя квинта возвышается до статуса единого сознания. Так что, возможно… она считает, что охота на нас поспособствует ее продвижению.

Кандара задумалась.

— С тех пор как мы прибыли сюда, на борту появлялись какие–нибудь новые квинты?

— Нет. «Спасение жизни» самодостаточно. Его системы просто выращивают новые тела квинт, когда старые приходят в негодность.

— Значит, все квинты на борту участвовали в крестовом походе оликсов на Землю. Матерь Мария, держу пари, Странная Квинта принадлежала к диверсионным группам, и теперь у нее что–то вроде посттравматического расстройства. На Земле она переняла кое–какие наши скверные качества типа скрытности и жадности, а может, и чуток нашей паранойи.

— Полагаешь, Странная Квинта — Феритон? — резко спросил Юрий.

— Ох, черт возьми, да, — выпалил Каллум. — Выполняя задание для «Связи», он точно так же рыскал по «Спасению жизни». Возможно, он переживает все заново!

— Ну, это немного натянуто, — усомнилась Кандара. — На протяжении десятилетий к нам проникали сотни — тысячи! — оликсов. Это может быть любой из них.

— Неважно, — сказал Алик. — Мы знаем о проблеме, и это все, что имеет значение. Если Странная Квинта встанет у нас на пути, мы ее убьем. Если не встанет, то мы уберем мембрану, и ее вытянет в вакуум. Так или иначе, искать ее мы не будем. Не стоит усложнять себе жизнь.

Кандара понимала, что он прав, но от этого было не легче — ведь квинта все равно бродила где–то рядом.

Ползунчики вошли в ангар и рассредоточились. А Кандара снова остановилась, теперь в десяти метрах от ангара. Изображение с дронов и сенсорных кластеров на потолке было как нельзя более знакомо: пустой ангар.

Вытащив пистолет, держа периферию наготове, она двинулась ко входу. Все, что она видела, подтверждало данные датчиков.

— Чисто, — сообщила Кандара остальным.

Профессиональная подготовка брала свое. Привычно держа пистолет двумя руками, прижимаясь к стене, она скользнула в ангар, отслеживая точки потенциальной угрозы, — и застыла, целясь в жерло туннеля, у которого видела в последний раз Странную Квинту. На линзы выплеснулся график–мишень, фиксируя гипотетические враждебные локации. Кандара чувствовала, как периферийные устройства тычутся в рукава, готовые — нет, жаждущие! — стрелять.