— Энсли, оликсы нацеливают эту хрень с темпоральным искажением на нейтронную звезду. Думаю, они пытаются задержать нас. Так что мне нужно, чтобы ты уничтожил силовые кольца. Мы должны убить анклав. Сейчас.

— Понял. Ирелла?

— Да.

— Что с тобой?

— Я стала комплексом. Это был единственный способ преодолеть множественные временные потоки.

— Ясно. Ну… э, спасибо, крошка.

— Пожалуйста. Энсли?..

— Да?

— Тиллиана и Элличи оказались в ловушке быстрого времени. И это прикончило их. Нет, они живы, но прожили девяносто лет.

— О боже, нет. А как насчет твоего дружка?

— С ним всё в порядке. Он жив и на борту «Моргана».

— Ладно. Я разберусь с кольцами. Увидимся у ковчега.

— Да.

Она наблюдала за тем, как удаляется Энсли, оставляя темный след на светлой туманности. Как показала проверка, общее время, прошедшее с момента их встречи, составило две и восемь десятых секунды.

«Выходит, в возвышении есть некоторые преимущества».

Тактический дисплей показал, что скорость восстановления кораблей армады резко возросла. Еще десять минут, и освобождение завершилось, хотя ее и мутило от вида горы мерцающего мусора, засорившего огромный кусок туманности, — кружащийся памятник их высокомерию.

«Так много кораблей уничтожено, так много аспектов потеряно».

Но теперь ударные крейсеры вступили в бой с кораблями Решения, продолжающими залетать во врата, создавая новый вихрь обломков среди перенасыщенной энергией плазмы туманности.

— Нам надо уходить, — сказала она Иммануээлю. — Мы способны развить большую скорость, чем корабли Решения. Оставим пятнадцать процентов армады сражаться с ними, а остальные двинутся к кораблю–ковчегу.

— Согласен.