— И этого вопроса он ожидал, — царственно склонила голову Катя. — Он обещал, что во время общения с ним вы будете вольны покинуть его. И вернуться домой в любой момент, когда вы пожелаете.

— Не вижу подвоха! — профессор снова шагнул вперёд. — Не будем терять время!

Похоже, он сам себя подбадривал, решаясь на сложный и опасный шаг. Это как прыжок с вышки в бассейн — чем дольше оттягивать, тем больше боишься. А потом вообще уходишь с позором. Нет уж, проще сразу разогнаться и прыгнуть!

Григорий смотрел на него, чуть нахмурившись. Что-то крутилось на краю сознания, какая-то мысль, какая-то оговорка… Он не мог сообразить, что именно его смущает.

Профессор шагнул к Кате и подал ей руки в толстых перчатках.

Катя тепло, ободряюще улыбнулась и взяла обе его руки. Крепко их сжала…

А потом вдруг шагнула к нему и порывисто обняла профессора руками за шею.

Земля чуть дрогнула.

— Ф-ф-фиксирую тектонические толчки, — вдруг прорезался голос ассистента.

А Григорий, наконец, сообразил.

— Стойте, профессор! — закричал он. — Пришелец сказал «когда пожелаете»! Он же влияет на мозг! Вы не пожелаете!

Профессор только начал оборачиваться, когда земля под его ногами вскипела и взорвалась. Вверх рванулись древесные жгуты, тёмно-зелёные щупальца, ожившие корни.

Они оплели Катю — и профессора.

Иннокентий Васильевич испуганно вскрикнул.

— Профессор! — закричал Григорий, бросаясь вперёд. — Вы меня слышите?

Бойцы спецназа неуверенно оглянулись на агента, не зная, что делать. На тренировках подобная ситуация допускалась, но в случае её возникновения — принять решение должен был начальник. И они ожидали его команды.

Ведь стрелять в дерево означало риск навредить человеку внутри.

Григорий же не знал, что делать. Он подбежал к дереву и остановился в метре от него, не решаясь подойти ближе.

— Профессор, вы живы? — снова закричал он в микрофон.

В динамиках раздался хрип, и Григорий дёрнулся на месте.