— Неделю. Может, две, если пойдет дождь. — В ответ на изумленный взгляд Спенса он поспешно объяснил: — Вы не знаете наших дорог. Начинается дождь, и они растворяются.

Доктор Гита носился по квартире, складывая провизию и личные вещи в мешки и связывая их вместе.

— По одной связке на каждого, — объяснил он. — Если придется часть пути проделать пешком, это намного удобнее.

Спенс подумал, что доктор выглядит как человек, большую часть жизни инвестировавший средства в программы по предотвращению стресса, а потом разбогатевший на дивиденды.

— Неужели все так плохо? — спросил Спенс, которому очень не хотелось играть роль наивного деревенщины.

— Путешествие в Дарджилинг будет похоже на путешествие в прошлое, — просто ответил Гита.

Они присоединились к группе торговцев, разбивших лагерь примерно в полумиле от его дома. Эти люди объединились в подобие каравана, чтобы путешествовать под защитой вооруженных солдат, призванных охранять караван от гундов и даку — бандитов и преступников, живущих в гористой местности. Спенс сразу понял, что им предстоит двигаться со скоростью улитки в старых насквозь проржавевших машинах, работающих на бензине, по некогда нормальным дорогам, которые за годы превратились в тропы для скота.

В утреннем свете, окрашенном маслянисто-коричневым дымом от миллионов костров, разбросанных по всему городу, компания дошла до становища каравана. По дороге пришлось осторожно переступать через спящие тела калькуттских бездомных, выложенные вдоль улиц наподобие тротуаров. Собаки, сплошь страдающие чесоткой, звонко тявкали, прерываясь лишь на то, чтобы порыться в очередной куче отбросов в поисках еды. Горбатая корова стояла посреди улицы над чьим-то трупом и меланхолично смотрела на воронов, слетевшихся на даровое угощение. Дети, как обычно, проснулись первыми и тихонько плакали, прижимались к своим еще спящим матерям, затихая, когда мимо них шли прохожие.

Все дома вдоль улиц обзавелись железными решетками на окнах и дверях. На взгляд Спенса, любой, кто обладал бы толикой решимости, без напряжения мог бы выломать их, настолько декоративно они выглядели.

Троица путешественников завернула за угол в нескольких кварталах от дома Гиты и оказалась на стоянке каравана. Колонна состояла из пяти лязгающих седанов, небольшого автобуса, нагруженного предметами будущего торга и джипа с тремя солдатами, вооруженными старыми обшарпанными М-16. Они возглавляли процессию. Караван уже построили, и торговцы-участники носились взад-вперед, чтобы сунуть в автобус еще одну вещь. Неторопливо прохаживались солдаты с винтовками за спинами, пережевывая завтраки, завернутые в рисовую бумагу. Они весело пересмеивались.