Моя догадка оказалась полной ерундой – единственное отверстие в потолке имело диаметр миллиметра четыре – в него входили провода. Я попробовал в него покричать:

– Эге-ге! Угу! Тута я! – но всё совершенно безрезультатно. Кумпель, похоже, был прав, и отсюда наружу не прорывалось ни звука.

Когда я убедился в отсутствии пути на свободу, мне стало легче. Значит, отныне меня никто не потревожит, и я – полновластный правитель мира, ограниченного, правда, стенами этого хранилища.

Изучил содержимое коробок и пришёл к выводу, что оно достаточно разнообразно. С голоду я помру очень нескоро. Единственная неприятность, которая могла меня ожидать – что Кумпель вдруг раскается и вернётся меня освободить. Но я решил, что в этом случае не сдамся без боя. Пусть его совесть мучает, а я останусь здесь.

Нашёл в одной из коробок открывашку. Вскрыл банку, в которой оказалась какая-то рыба в масле – наверно, минтай – и бутылку "Пепси-колы". Присел в углу и начал есть, изредка приостанавливая трапезу и начиная горланить песни. Приятно чувствовать, что на тебя никто косо не посмотрит независимо от того, чем ты занимаешься.

Таким образом наслаждаясь и ни о чем не думая, провёл, наверно, около часа. Потом вспомнил, что снаружи уже вечер, и решил поспать. Разломал одну коробку, подложил под себя картонки, чтобы не простудиться от пола, и улёгся. Было жестковато, но я всё же очень скоро уснул.

Проснувшись, долго вспоминал, где я нахожусь, а вспомнив, посмотрел на часы – было шесть утра. Позавтракал – на этот раз, если я правильно определил на вкус, кальмарами – и задумался, какое бы ещё придумать себе занятие. Ничего полезного придумать не смог и заскучал.

Существование во мраке уже надоело.

Тогда я подошёл к двери, достал из кармана ключ, найденный мной на полу булочной во время первого случайного поиска, легко открыл замок хранилища и выглянул наружу. Пришлось зажмуриться от яркого света.

Охраны ещё не было. Я без проблем дошёл до наружной двери и вышел на улицу.

Там меня ждало прекрасное нежно-голубое утро. Ботинки я оставил в банке, но не очень-то жалел – по тёплым лужам так приятно было пройти босиком…

21. Игра

21. Игра

Я шёл домой и раздумывал над словами Кумпеля. Да, я ищу. Но что? В общем-то, понятно, что – способ снова стать принцем Кижем, потому что мне надоело чужое обличье, никчёмная и глуповатая жизнь Володи Соболева. Только я ведь и сам знал, что этого способа нет. Я уже не мог стать Кижем в полной мере, ведь меня окружал совсем не тот мир, что прежде, до моего рождения.

Единственный, кто мне мог подсказать путь обратно – воспитатель Хлатт – погиб, а значит, мне суждено остаться здесь навеки. Или я ошибаюсь? Ведь в этом мире все зависит от меня, и надо только понять, как именно зависит.