Старшие коронные стражницы разошлись, осталась только наставница Мадлен. Она приблизилась вплотную к Веронике и прошептала:

– Ваше Величество, если нужно, я могу использовать не парализующие молнии, а смертельные…

– Не надо, моя хорошая, – тихо ответила Вероника. – Мы альтераты, а не ведьмы, поэтому будем соблюдать Завет Великой Матери.

Мадлен облегчённо вздохнула и отправилась к восьмёркам правого фланга.

Лусея собрала воителей, вооружённых релуртами, и велела им занять верхние этажи окраинных домов или забраться на крыши: стрелять по врагам удобнее с возвышения. Сама она и ещё трое воителей поднялись по лестнице на второй этаж добротного деревянного дома, стоявшего у начала южной дороги. Испуганные хозяева показали подходящую комнату с тремя окнами, зеленоватую из-за цвета штор. Лусея раздвинула шторы, убрала с подоконников цветочные горшки и распахнула рамы. За окном желтели до горизонта нетронутые пшеничные поля.

По дороге расхаживал туда-сюда браво подбоченившийся Лейтем.

– Не завидую я этим бандитам, – сказал он Вилксу. – Армия у нас – что надо.

– Они тоже, небось, не лыком шиты, – отозвался Вилкс.

– Всё равно им крышка. Эх, жаль только, пшеницу попортят!

– И людей наших тоже попортят – это как пить дать. Так что не расслабляйся раньше времени.

– Ладно тебе пессимизм нагонять, старый вояка! Или струсил?

– Я-то? – Вилкс грустно усмехнулся. – Я не за себя волнуюсь, а за внучку свою. Она совсем ребёнок, а на рожон лезет, где только можно. Если бы она рядом была, то ещё ладно. Так нет же, она, вон, в конный отряд подалась.

– Боевая у тебя девчонка, что есть, то есть! Хорошая невеста моему сынку. Смотрю – не нарадуюсь!

– Дозорные скачут! – неожиданно крикнул Вилкс. – Дозорные!

По южной дороге мчались к столице четверо всадниц. Подъехав к Веронике, они доложили, что на горизонте появилась банда квазилендской тиранки.

***

Алисия неслась на столицу бодро и уверенно. За нею на взмыленных лошадях летела вся её стоглавая свита. Все кровожадно предвкушали весёлую и прибыльную резню. Если бы они знали, что их ждёт впереди, то, возможно, приберегли бы силы своих лошадей для спешного дезертирства. Но они не знали.

И вот, когда они уже могли без напряжения разглядеть не только контуры столичных домов, но даже окна и двери, в поле перед городом стали появляться повозки и люди. Люди ставили повозки боком. Лошадей из них выпрягали и уводили за дома.

На середину дороги не торопясь вышел дюжий мужик с оглоблей на плече. Он поставил оглоблю одним концом на землю и поплевал на ладони с таким видом, будто собирался заняться каким-то обыденным, вполне привычным делом.