И все же у него нехорошо сосало под ложечкой. В далекие времена его детства Церковь еще не изгнали из Мейсары, и в памяти сохранились светлые сияющие храмы и невыразимо прекрасное пение хоралов во время праздничных молебнов. Пусть он давно повзрослел и понял, какая вонь и грязь скрываются за парадной мишурой праздничных занавесей, избавиться от детского благоговения не так-то просто. Мировая Сфера даже в Мейсаре всегда оставалась символом чего-то возвышенного и благородного, и мало кто мог помыслить о том, чтобы посягнуть на нее. Но выхода не оставалось. Церковь прогнила окончательно. Она стакнулась с демоном-иномирянином для того, чтобы похитить коронную принцессу Сайлавата, и единственным способом вернуть ее на законный трон осталась грубая сила. Церковники дошли до того, что укрыли ее посреди Академии, прикрывшись живым щитом из подростков, среди которых оказалась и его, Хабадзина, племянница – Сёя Удача. Девочка росла славной, умной и бойкой – но и ей вместе с остальными подросткам задурили головы, заставив поверить, что те должны защитить Ее Высочество от непонятной внешней угрозы. И что самое скверное, они каким-то образом умудрились втянуть в заговор воспитателей Академии Высокого Стиля, всегда традиционно остававшихся нейтральными. Остается только надеяться, что при недействующих кубиринах их удастся нейтрализовать мягко, не причинив серьезного вреда. Но сначала нужно захватить Глаз Бога – и надеяться, что ученые, опираясь на древнее тайное знание, сумеют с ним справиться. И теперь если не всё, то очень многое зависит от его собственных усилий. Он не может, просто не имеет права провалиться.

Оой-капитан бросил взгляд через плечо. Умник, жизнь которого сейчас стоила дороже, чем жизни всех остальных его бойцов, вместе взятых, выглядел спокойным и сосредоточенным. В свете разгорающейся утренней зари он изучал ветхий пергамент, поднеся его к самым глазам. Хорошо. Есть шанс, что он не доставит сложностей.

Радист, поймав его взгляд, провел ладонью параллельно земле, затем поднял было вверх два пальца, но тут же сжал кулак и прислушался к комариному писку в наушнике. Затем поднял вверх три пальца. Все. Отряды на исходных позициях. Хабадзин негромко хлопнул в ладоши, затем, подняв руки над головой, обнял правый кулак левой ладонью. Радист бешено застучал ключом, передавая приказ к атаке. Лейтенант Храп, лично отвечающий за умника его светлости, тронул ученого за плечо, и тот поднялся на ноги, убирая пергамент за пазуху. Вокруг зашевелились бойцы, негромко лязгнуло железо. Откуда? Все же обмотано тряпками! После боя придется разобраться с разгильдяями-пулеметчиками – если, конечно, для него наступит «после боя». Оой-капитан махнул рукой вперед и как можно тише двинулся вниз по склону. Чем дольше охрана Мировой Сферы останется в неведении, тем лучше. Скверно, конечно, что собранные данные о схемах патрулирования устарели, и приходится прибегать к слепому штурму. Но выхода нет. Принцессу необходимо спасти – если она погибнет, то гражданская война в Сайлавате вспыхнет с новой силой.