– Конечно, милый, – деревянным голосом откликнулась Хина. – Раз надо, так надо. Позвони, когда домой пойдешь, чтобы я не волновалась.

– Конечно, дорогая, – с явным облегчением откликнулся муж. – Все, до связи.

Экран пелефона замерцал и потемнел. Хина оторвала от него взгляд и почти с ужасом посмотрела на девочку.

– Все хорошо, госпожа Хина, – губы той тронула робкая улыбка. – У меня случаются предчувствия. Теперь ты можешь со мной поговорить?

– Да, конечно, – воспитательница почувствовала, что по спине бегут мурашки. Она медленно, чтобы скрыть дрожь рук, убрала пелефон в сумочку. – О чем?

– О Намиде.

– А что с ним? – насторожилась воспитательница. – Он опять сбежал?

Намида Гумасий – мальчик из группы Рэнны, которого раньше избивали родители-алкоголики, ныне постоянно оказывавшийся мишенью для безобидных и не очень шуточек сверстников и обожающий мотать нервы воспитателям своими постоянными пропажами. В последний раз молодого господина Намиду полицейская машина привезла чуть больше недели назад: он всерьез вознамерился добраться до Оканаки, безбилетником забираясь в грузовые вагоны. К счастью, в системе товарного учета на вокзале случился сбой. В результате в компьютере не сошелся баланс загрузки рефрижератора с рыбой, в который тайком пролез Намида, и до появления проверяющего с ручным сканером мальчик не успел замерзнуть насмерть. Одетый лишь в легкую курточку, он провел при отрицательной температуре не более десяти минут и отделался легким насморком. А жаль. Проваляйся он с температурой несколько дней, возможно, слегка бы поумнел.

– Нет. Я поговорила с ним. Он больше не станет убегать, – качнула головой девочка. – Я хочу, чтобы ты посмотрела на него.

– Хорошо. Пойдем.

Определенно, погода нынешней весной стояла неустойчивая. Еще утром с океана дул резкий ледяной ветер и моросил промозглый дождь, а сейчас температура поднялась по крайней мере на пять или семь градусов, и сквозь расступающиеся облака то и дело проглядывало солнце. Дети, радуясь стремительно теплеющему воздуху, бегали взад и вперед по игровым площадкам под присмотром воспитательниц. Рэнна молча шагала по дорожке, обходящей основной корпус детского дома по периметру, сосредоточенно глядя перед собой.

– Куда мы идем, Рэнночка? – уже через десяток саженей не выдержала Хина.

– Там, – девочка вытянула руку вперед. – За котельной. Ты увидишь сама. Только, прошу тебя, не вмешивайся сразу, ладно?

– Не вмешиваться во что?

– Увидишь.

Воспитательница вздохнула. Оставалось только смириться.

Возле окружающих котельную кустов Рэнна приложила палец к губам и принялась осторожно пробираться сквозь редкие здесь заросли. Хина последовала за ней, стараясь не слишком цепляться за разлапистые ветки, на которых только-только проклевывались почки. Детские голоса донеслись до нее сразу же, как только они завернули за угол и оказались в небольшом пространстве, ограниченном котельной с одной стороны, забором с другой и домиком подсобной мастерской – с третьей.