Увилл вгляделся. Да, действительно, на коричневых брёвнах виднелась корона, начерченная, похоже, куском известняка. Сердце его запело при виде этого знака, напоминающего о том, что всё больше людей видят в нём своего короля. На самом деле, это был не первый сигнал о помощи, нацарапанный на чьём-то убогом доме, и даже не первый из тех, на которые отреагировала «гвардия короля», как теперь именовали себя его люди. Но это был первый раз, когда в вылазке участвовал сам Увилл.

— Уже выяснили, в чём дело? — спросил он, прихлопывая комара на щеке.

Этой весной было необычайно тепло, и вот вся эта гнусь повылезала раньше срока. Здесь, в лесу, их сейчас было просто немерено. Вообще на Паэтте, наверное, было бы сложно найти место, где не знали бы бед от кровососущих насекомых. В том же Танне, не слишком далеко от Симмерских болот, и мошки, и комаров всегда было навалом. Но здесь, на севере… Увиллу казалось, что таких роёв насекомых он не видел раньше никогда.

— Да, государь, — на лице лазутчика, а также на его распахнутой груди сидело и лакомилось кровью сразу несколько комаров, но тот, похоже, не обращал на это ровным счётом никакого внимания. Он сам был из местных и, наверное, за все эти годы привык даже не замечать такие мелкие неприятности. — Это молодой парень, охотник. Его невесту снасильничал один из приказчиков барона.

— И этот приказчик живёт прямо в селении?

— Кабы так, то мы бы уж и сами справились, государь, — лазутчик наконец лениво смахнул с лица напившихся кровью комаров, размазав одного из них длинной красной чертой от скулы до виска. — Он в замке барона. Мы могли бы подстеречь его, конечно, но было сказано, что вы хотите совершить налёт…

— Да, всё верно, — кивнул Увилл, раздражённо отгоняя от глаз назойливо жужжащих насекомых.

Действительно, Увилл решил, что должен сам явить себя миру. Его люди уже делали несколько вылазок по мелочам. Чаще всего селяне затаивали обиду как раз на всяческих приказчиков и другую мелкую шушеру, ведь со своим помещиком они, как правило, не пересекались. Так что до сих пор почти все подобные акции возмездия свершались одинаково буднично — обидчика просто подкарауливали и убивали. Это было не совсем то, чего хотел Увилл, ведь ему важна была публичность и зрелищность.

Наиболее близка к этому была вылазка против сборщиков оброка, но здесь, признаться, в дело вмешался слепой случай (или Арионн, как утверждал сам Увилл). Небольшой отряд Увилла совершенно случайно наткнулся на воз с мешками, который конвоировало шестеро едва вооружённых людей.