Мимо хозяина таверны вниз проскользнул Дьяк, посмотрел на разруху, почесал затылок:

— Да, княжич, дела

— Главное, что ты свои амурные дела успел сделать, — подколол я дружинника, — пока мы тут с тварями бились.

— Да я, — покраснел Леха, — Да откуда ж, я знать мог, что так выйдет. А оно вон как…

— Ладно, не оправдывайся, — прервал я дружинника, — Сходите лучше, с Климом, лошадей проверьте. Если гули их порвали то беда. Ярослав мне за свою Мирабеллу голову открутит.

— Я тоже схожу проверю, — Игнат убрал полуторник в заплечные ножны и направился к распахнутым настежь дверям.

В таверне остался только я и Захар.

— Ты чего такой хмурый? — я похлопал наемника по плечу и, подобрав с пола разбитый кувшин, вылил остатки вина в бокал и сел за стол к наемнику, — Отбились же от гулей, радоваться надо.

— Да лучше бы я сдох, — зло зыркнул исподлобья молодой из братьев и залпом опустошил бокал.

— Смерти ищешь?

— Ты брата моего видел? Думаешь я не понимаю, что он из-за меня каждый день, каждый час стареет все сильнее. Это я его жизненные силы забираю! — Захар, в сердцах, швырнул пустой бокал об стену.

— Ну, ты потише, чего разошелся? — я стряхнул с рукава осколки.

— Тошно мне, противно на душе, понимаешь? — наемник устало опустил руки, — Он стареет, а я все моложе становлюсь. Я, как упырь болотный, жизнь из брата высасываю. Знаешь сколько раз по ночам, я проклинал себя? Сколько раз спрашивал, почему? Почему в той, волколаки ее раздери, временной аномалии именно ему выпало время свое мне отдавать?

Я лишь развел руками. Откуда мне знать? У меня нет брата-близнеца.

— Каждый раз. Каждый долбанный раз, — тоска в глазах наемника сменилась на злобу, — когда на охоту с братом идем, молюсь, чтобы меня тварь какая болотная загрызла. Не станет меня — Игнат дольше проживет. Некому будет жизненные силы из него высасывать. Думал хоть сейчас меня гуль загрызет, так тут ты, как снег на голову свалился.

— Ты решил, что смерть твоя брату поможет? Думаешь он обрадуется, что брата потерял?

— Зато жизнь сохранит!

— Да с чего ты взял, что он… Нет, не так, — поправился я, формулируя мысль, — ты вообще уверен, что после той аномальной зоны, где вы побывали, вы сможете жить один без другого?

— О чем ты? — не понимающе уставился на меня Захар.

— Сам же говоришь, что ваши жизни теперь одной временной петлей опутаны.