Со вздохом пришлось признать: идти на учёбу надо. Даже если очень не хочется.

После умывания, — обычной водой, даже без косметики! — глаза защипало. Какое-то время я простояла, склонившись над раковиной и жалея себя. Моё любимое занятие в этом мире, если так подумать. Ну а что ещё остаётся? Бражник не жалеет, Адриан и сам запутался, Сезер слишком маленькая для таких глубоких помыслов, Сабину и Томаса я просто напрягать не хочу. Мне неловко рядом с ними: с Томасом из-за ранних мыслей о сексуальном подтексте его действий; с Сабиной из-за того, что я не Маринетт, а дочь свою она любит до беспамятства.

Вот ещё проблема. И тоже мне решать. Бедная-бедная…

Когда пять минут на жалость вышли, я распрямилась и посмотрела в зеркало. Отражение не радовало. Запавшие скулы, уставшее лицо. Я выглядела лет на тридцать, серьёзно. Даже в прошлой жизни в свои двадцать пять мне и восемнадцати не давали. А тут… только рукой махнуть.

Не желая особенно возиться с одеждой, я потянулась было к розовым бриджам. Рука замерла на полпути. Насколько мои опасения насчёт этой одежды оправданы? Не может же быть так, чтобы одежда реально показывала влияние акум?

Зато кое-что другое мне наверняка сможет помочь. Надо только глину достать, а уж там я развернусь… вылеплю себе целых двадцать пять помощников. Надеюсь только, что за это глаза не лишусь, как Один.

В этом мире ведь не было мантики даже. Ни Таро, ни рун. Тикки вскользь упоминала, что в Древнем Египте гадали на внутренностях и костях, но потом это как-то ушло. Я подозревала влияние Талисманов, но связать одно с другим никак не получалось.

В коллеж я пришла в самом дурном настроении. Здание ещё пустовало, только работники и были. Вместо того, чтобы раздеваться и идти в класс, я кинула рюкзак на лестницу и уселась сверху, планируя дождаться Адриана и утащить парня на разговор.

Любую проблему можно решить при помощи слов, я это своему сыну втолковывала с самых ранних лет. Вопрос в том, какие именно слова нужно подобрать. Что мне сказать Адриану, чтобы успокоить его?

Вот только он не пришёл. Ни за полчаса до уроков, как он появлялся обычно, ни за двадцать минут, ни за десять, ни за пять. Мимо меня проходили одноклассники и незнакомые ученики; Алья и Нино пришли раздельно, — но они ещё и не встречаются, так что нормально, — поздоровались и какое-то время со мной проговорили, еле отправила их в класс; припозднившаяся мадам Бюстье спросила, не нужна ли мне помощь и почему не иду в класс.

Ответила честно: жду Агреста.

— Его не будет, — Калин как-то странно на меня посмотрела. — Помощница месье Агреста-старшего предупредила, что у Адриана сегодня съёмки.