— Я счастлива и без воспоминаний. Счастлива уже тем, что могу быть вам полезна. Я помогаю маме по дому, даже отцу в гараже немного, когда он не против. Но мне не нравится, что мама плачет. — Джинни отложила карандаш и продемонстрировала рисунок. Нору. С теплым желтым светом в окнах. — Мне несложно быть счастливой, пока рядом все вы. Я не хочу вспоминать, чего я боялась и что успело произойти. Может, тогда я уже не буду такой счастливой. Или вы меня разлюбите. Этого я тоже очень боялась, Билл.

— Не говори глупостей — резким тоном ответил Билл. — Мы никогда не разлюбим тебя, и сделаем всё, чтобы тебе помочь. Я обещаю. — ответом был всего лишь спокойный, почти безразличный кивок. Билл вздохнул и сменил тему. — Рисунок очень красивый. Не думала заняться этим профессионально? Думаю, оценят очень многие.

— Правда? Я буду рада, если принесу пользу людям. — отозвалась Джинни. И её голос как будто потеплел.

Никто из них так и не заметил Рона, который бесшумно постарался отойти от двери. На душе поселилось какое-то мерзкое чувство, словно он подслушал что-то очень личное. Конечно, он знал, что поездка в Египет была не просто так, из желания повидать Билла. И о лечении знал, ну почти. Но слова Джинни оказались для него полной неожиданностью. Как она может просто отказаться от всего, что было раньше? Даже учитывая, что ничего не помнит….

Вот Рон бы ни за что не отказался, хотя бы ради мамы. Которая теперь и впрямь часто плачет. Когда думает, что её никто не видит и не слышит. Но Рон, например, видит и слышит многое. А понимает и того больше. Просто молчит, вот и все.

В своей комнате он разложил шахматную доску и начал расставлять фигуры по местам. Игра в шахматы всегда помогала ему сосредоточиться. И вроде бы, мысли потом приходили в голову правильные. Одна сейчас не давала покоя особенно: чего могла бояться Джинни? Бояться настолько, что не сказала не только родителям, но и братьям? Джинни, конечно, вредная по характеру, но совсем не глупая, это уж точно. Среди Уизли нет глупцов.

Так что произошло такого, за что её могли бы разлюбить? Свой второй курс Рон точно не забудет никогда. Одно нашествие пауков в лесу чего стоит! Он видел их только мельком и уже мертвых, но этого было достаточно, чтобы воображение подкидывало ему картинки, а что бы было, если бы авроры этих пауков не нашли. О Тайной комнате и Наследнике Слизерина говорить нечего. Жаль, что им так и не удалось выяснить, кто за этим стоял. Может, если бы они были умнее, а сам Рон внимательнее, с Джинни бы ничего подобного и близко не случилось.