4. Больше не могу мыться под горячей водой, как я всегда любил.

5. У меня болят ноги и спина, как у старенького дедушки.

6. Сердце все время бьется очень сильно, а в голове словно что-то шевелится, я чувствую движение внутри своего черепа, и это так страшно.

7. Когда я все-таки сплю, сны все время очень беспокойные.

8. И это не проходит.

9. И не пройдет никогда.

Жорж терпеливо меня выслушал, и, что удивительно, даже не вставлял свои комментарии в мою крайне долгую и беспокойную речь.

А потом Жорж сказал:

– Человек – такое существо, он ко всему привыкает. Это касается не только такого специфического подвида, как мы, – сумасшедших космических симбионтов. Люди привыкают к тому, что потеряли руки и ноги, к постоянным болям, к тому, что они одиноки, к тому, что они убийцы или к тому, что убиты их близкие. К тому, что в доме нет воды или к страшной жаре. Мы не можем постоянно чувствовать неудобство, мы не можем постоянно бояться, нам не может всегда быть больно. Так же, как мы не можем всегда чувствовать радость, или счастье, или спокойствие. Сначала все чувства ярко горят, а потом все они гаснут. Ты тоже устанешь бояться, и к своему новому состоянию ты привыкнешь. Все мы обладаем огромным запасом прочности, о котором не знаем сами.

Я молчал и смотрел на него. Я чувствовал себя беспомощным и слабым. Я хотел, чтобы Жорж мне помог.

– Болит голова? – спросил он.

Я кивнул.

– Ксеноэнцефалит – невеселая штука, – сказал Жорж.

А потом я неожиданно для себя обнял его. И Жорж сказал мне еще одну вещь. Эту вещь я очень хорошо запомнил.

– Знаешь, что я говорю себе каждое утро и мне помогает?

– Что? – спросил я.

– Сегодня мой день.

– И часто бывает ваш день? – спросил Ванечка.

– Не так часто, как хотелось бы, – сказал Жорж. – Но мне все-таки каждое утро становится легче.

Идея, если подумать, очень хорошая.