– У них вид был такой важнейший или просто вкусно пахли, молоком, – смеется префект в ответ.

Бумаги влекут к себе. Я ничего не могу с этим поделать. Из предписаний мне известны лишь те, которые Фумангуру писал на стенах. Но это не более чем признак того, что народ империи жил своим умом и не верил, что каждая мысль должна ступать в ногу с думами Короля.

– Вот письмена, – указывает Следопыт. – Северный стиль в первых двух строках, а ниже прибрежный. Записаны овечьим молоком.

– Ты нюхом определил?

Бумаги привлекают даже Якву.

– Новшество Фумангуру для империи состояло в возвращении к старому, что я и подытоживаю для вас всех, – объявляю я.

– Ты читала предписания целиком? – спрашивает Следопыт.

– Была даже рядом, когда он их писал, но как только переставал рассуждать о Короле, то становился скучен. Превращался в обыкновенного зануду, поучающего жену вести хозяйство. Но то, как он трактовал государственные устои, выдавало в нем человека большой общественной пользы.

– Но читать ты их читала?

– А ты как думаешь?

– Я думаю, ты думаешь, что у тебя язык как помело.

– А ты читал часть об истории королей? Что при Кваше Моки произошла смена престолонаследия? До него каждый король был старшим сыном старшей Сестры Короля. Так вот, драный ты пес, я застала и это! Я этим жила и пережила то, когда тот же Кваш Моки со своим Аеси решили, что любая женщина, имеющая собственные средства, должна быть объявлена ведьмой, и повелели нанизывать их задней дыркой на кол, чтобы он торчал изо рта. Фумангуру не стал вам излагать эту часть, по крайней мере, потому, что несмотря на всё его благородство, даже он не видит в женщине ничего, кроме ее ку – даже если эта женщина королевский крови. А Бунши этой части вам разве не поведала? Я была там и перестрадала всё это еще до того, как большинство из вас появилось на свет.

– Большинство? – растерянно переспрашивает Мосси.

– Заткнись, как там тебя! – говорю я, не отводя внутреннего взора от Якву.

– Я только спросил, как он стал Королем, – обиженно говорит Мосси.

– А вот как: изгнал сестру за прелюбодеяние и заговор с целью воцарения ложного наследника. Я в ту пору как раз прислуживала принцессе, и сослали ее аж в Манту, чтобы она там присоединилась к божественным сестрам. А когда мы находились оттуда в полпути, подослал сангоминских братцев твоего Следопыта нас убить – прямо там, в дороге.

– Ну конечно же, мои кровожадные братья, – криво усмехается Следопыт.

– Ты ведешь себя так, будто никогда не видел, что они вытворяют.

– Повидав гадостей, которые творите вы, ведьмы, я бы назвал те деяния оправданными. Как будто вы одни терпели жестокость! Мне вон тоже досталось от твоей злобы.