Вечерняя прохлада пробрала меня до костей.

– Продолжай.

– Я прилетела вместе с тобой к жонглерам образами. Мы оба поплывем к ним, но по разным причинам. Ты – чтобы связаться с братом. Я – чтобы восстановить прежнюю биологическую матрицу, в которой уже не будет этих частиц.

– Такое возможно?

– Я входила в это море однажды и пыталась общаться с жонглерами.

– Безуспешно?

– Не совсем. Я узнала о твоих намерениях, а это значит, что восстановимы и мои собственные воспоминания, хотя бы частично. Возможно, жонглеры сохранили эхо той встречи. Я попрошу восстановить меня – такой, какой я была в тот день.

– В самом деле радикально, – кивнул я.

– Ответ верен.

– Что насчет новой памяти, накопленной после того, как ты побывала на Арарате? Что с ней случится?

– Вероятнее всего, она исчезнет – или, по крайней мере, уйдет в море. Но со временем я смогу ее реконструировать. Корабль знает, что я делала, и ты тоже знаешь. Вы свидетели.

– Это безумие, Сидра.

– Так и есть. Безумие высшей пробы. Необходимое безумие высшей пробы. Поможешь мне? Когда мы доберемся до жонглеров, я могу оказаться слабее, чем ты ожидаешь. Мне не справиться в одиночку.

– Мне тоже не справиться в одиночку.

Сидра грустно покачала головой:

– Да мы с тобой прямо парочка увечных монстров, Клавэйн. Как думаешь, море нас излечит?

Я взглянул на тускнеющий горизонт, несший нам обоим отчаяние и надежду.

– Либо излечит, либо убьет, – ответил я.

Глава 24

Глава 24