Светящаяся нить застрочила из воздуха, полосуя пространство на множество фрагментов.

Разогнав себя до предела, я ушёл прочь.

— Что, этого не было в слитой информации? — злость потихоньку прорывалась в голосе.

— Увы, — не прерывая атаки, отозвался Фантом. — Ни на кого нельзя положиться.

Лазарь отбил гибкую струну и прыгнул к его телу. Мимо.

— Арбитр. Откуда? — коротко бросил я.

— Ты говоришь во сне, — механический смешок.

Некрасова. Сука.

— Да, кстати, устройство активировано, — сквозь глухой шлем прорывалось злое веселье. — Часики тикают. Тик-так. Тик-так.

Мы вновь сошлись, сотрясая мостки стремительными движениями. Грохот стали и гудение струны. Подшаг, удар, удар. Отскок, уворот и молниеносный выпад.

Моя тактика изменилась за последние дни. Там, где прежде всё решала грубая сила и скорость, сейчас появилась магия.

Фантом вновь хлестнул по мне своим бичом, пытаясь обезглавить, но я перехватил его Лазарем. Струна на миг коснулась плоской стороны клинка, пытаясь перерубить её, а потом я активировал Шаровую молнию сквозь своё оружие.

Меч, и так сияющий тусклым бирюзовым светом, вспыхнул белоснежным искрящим маревом. Мгновенно оно пронеслось по струне к Фантому. Сквозь руку, к корпусу, к голове. Сотрясаемый электрическими спазмами он... задымил. Как испорченный механизм.

Рывок, и меч перебил его ногу в колене, бросая парализованное тело на мостки. Ещё удар, и он остался без второй руки. Отрезанный кулак грохнул о металлическую поверхность, плеснув синим.

— Наконец-то, — дёргающийся, как испорченная пластинка, голос Фантома раздался из-под шлема.

Моя ладонь сжала его шею, и Прикосновение покаяния зарылось в недра его разума.