— Я встану с этой стороны окна, а ты с другой, — предложил Александр.

Алевтина согласилась и спросила:

— Оружие при тебе?

— Да, — мрачно произнес Горчаков. Как бы он не хотел, чтобы дошло до стрельбы. Однако Черкасова лишь подлила масла в огонь:

— Держи его наготове.

— Зачем?

— Вдруг и он придет заранее? Как и мы, решит выбрать наблюдательный пункт и заглянет сюда?

— Такое возможно?

— Не считай его валенком. И еще: он может появиться не один.

Александр вытащил пистолет, взвел курок. Теперь им оставалось только ждать.

Темнота постепенно сгущалась, и контуры углов, входа просматривались с трудом. Александр напряг зрение, слух, пытаясь не упустить ничего. Нервы — как струны. То же было и у Алевтины. Больше всего она хотела сейчас закурить, да боялась привлечь внимание. Когда эта пытка закончится?

— Ничего, ничего, — пыталась успокоить Черкасова. — Уже половина двенадцатого.

Но наступил момент, когда остановившееся время понеслось как сумасшедшее. Александр жаждал оттянуть роковую минуту встречи. Сколько там? Полночь! Однако у мельницы пока никто не появился.

— Похоже, убийца проигнорировал наше предупреждение, — грустно произнес Александр. — Если он вообще убийца.

— Я не могла ошибиться! — относительно спокойный голос Алевтины сорвался. Ее затрясло, она готова была впасть в истерику. — Неужели?!!..

Она не договорила: «Неужели ошиблась?» или «Неужели не придет?»

— Как мы написали в письме? — спросил Александр. — В полночь?

— Да.

— А может быть ровно в полночь?

— Какая разница?