Еще одна характерная фраза Гесса из работы «о сущности денег»: «Евреи, которые в естественной истории мира должны были выполнить функцию превращения человека в дикого животного, исполнили это как профессиональную работу»[151\.

Нетрудно увидеть, что основоположник социал-сионизма Мозес Гесс своими статьями и книгами невольно разоблачал Маркса, будучи одновременно его предтечей. Так же можно предположить, что «еврейские» идеологи середины XIX века не были удовлетворены результатами либеральной эмансипации еврейства и решили испробовать два различных варианта решения еврейского вопроса: «патриотический» (сионистский) и «космополитический» (интернациональный). Подобные «метания» между интернациональным коммунизмом и националистическим сионизмом продолжаются до сих пор.

Так что нет ничего удивительного в том, что «евреи» России, Европы и Америки, особенно, реформисты и светские «евреи», находили в идеях и целях марксизма много общего с идеологией и практикой иудаизма. Как писала в 1919 году лондонская «The Jewish Chronicle»: «Концепции большевизма находятся в полной гармонии с большинством положений иудаизма»[152], поскольку основа марксовой доктрины, обещавшей искоренение зла на этой земле, созвучна вере евреев в приход Царства Божьего на этом свете.

Для евреев же из бедных классов «всемирный коммунистический проект» Карла Маркса был особенно заманчив, поскольку он обещал не только раз и навсегда решить «еврейский вопрос», но и устранить «во всемирном масштабе» бедность и нищету, в которой находились еврейские массы в XIX — начале XX века. Поэтому в странах, где к началу XX века образовались большие еврейские общины — России, Польше, Австро-Венгрии, Германии, США, Румынии — возникли многочисленные социал-демократические (марксистские) партии, в которых евреи играли ведущую роль (при этом в Венгрии, Германии, Румынии, США руководство компартий состояло из одних евреев).

В России и странах Восточной Европы, где евреи, в основном, были либо ортодоксами, либо хасидами, в марксизме победило направление, не доверявшее пролетариату в создании «истинного коммунизма», переложив на себя роль интерпретаторов и «хранителей священных текстов», подобно раввинам и цадикам.

В союзе с «революционным еврейством» в рядах социалистов выступало и множество неевреев (пусть и в меньшем процентом отношении). Нужно отметить, что партнерство сторонников марксизма составляли атеисты и антипатриоты, в подавляющем большинстве являющиеся «воинствующими безбожниками» и ненавистниками христианства. Что вполне отвечало эволюции самого Маркса, начавшего свой «поход» не против социальной несправедливости, а против религии, в которой он видел основное препятствие для утверждения приоритетности материального бытия, как базовой ценности. Христианство ставило личности непреодолимую «преграду» для принятия им тезиса о «Шаббате истории».