Когда колонна десантников прошла, а пустотники возбужденно принялись делиться впечатлениями и объяснять, кто кого откуда знает, с плаца рысцой притрусил лейтенант из снабженцев.

— Эй, гвардия! — обратился он к солдатам в курилке. — Я так понимаю, у вас сейчас повальное братание начнется с десантурой.

Пустотники вопросительно притихли.

— Короче, нечего спирт в казарме хлестать, в столовой обед накрывают на час раньше, туда и ступайте. Комбаз велел водки поставить по праздничному пайку, так что расслабьтесь, ничего ныкать не нужно. Кто-нибудь, объявите по роте. Где дежурный?

Капрал Донг как раз выглянул из окна второго этажа:

— Тут, сэр! Все понял, об изменении распорядка объявлю немедленно!

Англик, традиционный уставной язык, в его устах звучал мягко и как-то сглаженно, не по-военному.

— По второй и третьей роте тоже объяви!

— Есть, сэр!

Лейтенант удовлетворенно кивнул и потрусил к казарме десантников.

— Во, блин, — удивился Тамура. — Че это посыльным целого лейтенанта погнали?

— А в столовой, поди, сплошные адмиралы! — весело поделился информацией Клод Жанси. — С утра, говорят, старшие офицеры прибыли.

— Адмиралы в офицерской столовой! — со знанием дела сообщил Литтл. — Во-он, крылечко через плац видишь? Это она и есть. Да и адмиралов тех всего-то трое… Капитаны одни.

Солдатская столовая тоже располагалась за плацем, но несколько дальше; к тому же вход в нее был с торца, так что на обед строй пустотников топал вдоль ряда казарм, в обход плаца, против часовой стрелки.

Тем временем показалась еще одна группа из пополнения. Этих было мало, всего человек двадцать, а экипировка их, в свою очередь, отличалась и от пустотной, и от десантной. К бокам были пристегнуты лучеметы нового образца, такие во флотах еще толком не распространились. Помимо тонкой скатки скафандра имелся шлем, настоящий, корпусной. Комбинезоны зачем-то были не однотонными, а камуфлированными, пятнистыми, серо-стальные пятна перемежались с коричневыми и грязно-зелеными. На головах — не кепки и даже не береты, что-то вроде шляп с мятыми полями. И зеленые шевроны на рукавах.

— Это еще кто? — спросил тот же солдат, который называл десантников небожителями. — Спецназ какой?

— Не, братец, — возразил другой голос, со значительной хрипотцой. — Спецназ супротив этих все одно что полукорвет против крейсера.

В голосе слышалось нескрываемое почтение.

— Это, братцы, пограничники! Я их однажды в деле видел… Никогда не забуду!

— Пограничники? — удивился первый голос. — И чего, круче десанта?