— Этих паролей в общем хранилище скорее всего нет и никогда не было, — пояснил Йен-Яскер. — Если нужно восстановить память за тот период, прибывает специалист непосредственно из разведшколы. С паролями. И вводит их самостоятельно, не открывая мнемоникам хранилища. По крайней мере я бы поступал именно так.
Рид-Рину отпил еще чаю, ожидая распоряжений шефа.
— Ладно, сын, ты хорошо поработал. Кого-нибудь потерял?
— Двоих из прикрытия. Так было надо.
— Что ж… Вполне приемлемая для клана цена. Иди отдыхай. О записях я позабочусь сам.
Йен-Ридт уважительно наклонился и встал с подвеса.
— Мама здесь?
— Здесь. Хочешь ее увидеть?
— Да.
— Похвально. Ступай. Она спрашивала о тебе утром.
Снова наклонившись, Йен-Ридт покинул беседку. А глава резидентуры притронулся к кассете с кристаллами лишь после того, как опустел сосуд с чаем.
ШТАБ ФЛОТА ПРИКРЫТИЯ «КВАЗАР»
ШТАБ ФЛОТА ПРИКРЫТИЯ «КВАЗАР»
— Все равно, — проворчал Раджабов. — Здесь все чужое. Звезды — чужие, их из Солнечной не видно.
— Из Солнечной много чего не видно! — Маримуца пожал плечами. — В нашей галактике миллиарды звезд. Большую их часть из Солнечной не видно. Так что ж теперь?
— Я не о том. — Раджабов поморщился и несколько секунд размышлял, прежде чем развить мысль. — Пусть их не видно глазом. Но ведь всегда знаешь хотя бы, в какой стороне они находятся. А где мы сейчас? Куда моей маме глядеть, чтобы пожелать сыну удачи? Где сейчас Солнечная — ты можешь показать? Мы словно в преисподнюю провалились, когда прошли нуль-коридором. Перестань он действовать — мы ведь так никогда и не узнаем, как далеко забрались от Солнечной и где искать нашу родную галактику на этом чужом небе…
— А зачем тебе это знать? — недоуменно протянул Маримуца. — Коридор работает миллионы лет. С какой стати ему ломаться? И вообще, что ты заладил: неизвестно где, неизвестно где… На кой ляд знать, в какой сектор здешнего неба тыкать пальцем, если для возвращения все равно нужно идти в сторону коридора?