— Что скажешь? — Президент выразительно приподнял над столешницей рапорт Попова. Времени на расшаркивания и дипломатические экивоки не было — ни секунды.

— Пока рано делать выводы, там верно сказано. Но ручаюсь: в свое время это будет бомба.

— А с захватом этого… перевертыша?

— Я уже санкционировал.

— И думаешь получится?

— Раз Попов предлагает, значит, способ пленить перевертыша действительно существует.

— Понятно. Что ж, спасибо за информацию… Президент вздохнул, вернул лист обратно в папку и отодвинул на край стола. — Что там на подлете?

— «Евразия» и «Австралия» построились в боевую воронку, пояс заградительного огня в боевой готовности. «Африка», «Америка» и «Антарктида» группируются вторым эшелоном. Даже если кто-нибудь прорвется сквозь заслоны, дальше орбиты Марса им не пройти. По крайней мере Онте на это надеется. Области вне эклиптики прикрыты генераторами нелинейности, но имперцы, похоже, об этом знают.

— Сколько, по-твоему, до столкновения?

— Лучше спроси у Хемерсбрандта, ему виднее. Но, полагаю, не менее суток.

Вернер Винцль глубоко вздохнул.

Нет, все-таки не случайно давно ожидаемая лавинная атака имперцев совпала с «горячей неделей». Черти бы побрали этого Унве!

— Шарль! Открытый канал на Офелию! — потребовал президент и, не дожидаясь референтского «Слушаюсь, господин президент!», потянулся к старомодной трубке оперативного пульта.

КОСМОДРОМ

КОСМОДРОМ

Сигма Чёрной Ресницы, спутник четвертой планеты, безымянной. Экс-территория на границах доминант Земли и Л'лато

К полудню хомо разгрузили корабль-холодильник Рин-Риду, перевели на счет оговоренную сумму, подписали все бумаги и угомонились. Рин-Риду облегченно вздохнул, запер входной шлюз и, насвистывая (чисто человеческая привычка), направился в космопорт, в бар. Действительно, куда еще может направиться поставщик продуктов после долгой разгрузки в захудалом порту на самой границе обитаемых территорий? Не посетишь бар — только подозрения ненужные возбудишь.

Тем более чаю хотелось совсем не понарошку.