Курить табак, как хомо, за последние пару столетий приучились многие оаонс, но Рин-Риду не принадлежал к их числу. В свободное время он мог пожевать традиционный для Иншуди хош, вдохнуть дорогой селайи из метрополии или, в конце концов, засандалить универсального межрасового алкоголя — на кислорододышащие формы жизни этиловый спирт и его растворы действовали схожим образом. Но травиться никотином, капля которого, как известно, убивает лошадь, а хомяка просто-таки разрывает на части? Нет, как говорят хомо, — нема дурных!

Человеческие идиомы давно стали частью мыслей Рин-Риду — он был способным разведчиком.

— С собой нет, — ответил он сдержанно. — На корабле разве что.

В жилом отсеке холодильника действительно валялась упаковка селентинских сигарет «Житаника». Пожалуй, для местного сброда они чересчур хороши, но других у Рин-Риду все равно не было. Он даже помнил, где эта упаковка лежит — на камбузе, в крайнем слева шкафу, на верхней полочке.

— Слушай, не в службу, а в дружбу — давай сгоняем, а? Неохота приятелю праздник портить, день рождения все-таки! Выручай!

Рин-Риду нахмурился. Тащиться налетное поле совершенно не хотелось.

Но, видимо, придется — с этих станется и драку затеять. Или, что хуже, применить власть — младшие чины это особенно любят.

— Может, попозже, коллега? — предложил Рин-Риду уныло. — Дай хоть доесть, остынет же…

Говорил разведчик с легким офелийским акцентом, совершенно естественным.

Погранец тем временем плюхнулся на соседний стул:

— Не вопрос, рубай! Меня Лехой зовут! Держи краба!

Пришлось поручкаться.

— Значит, сгоняем, да?

— Сгоняем, — смирился Рин-Риду.

— Ну, спасибо! — Капрал на радостях саданул перевертышу ладонью по плечу. — Ну, выручил! Давай приканчивай пайку и побежали! Ща я тебе сто грамм налью. Выпьешь с нами? За здоровье именинника?

— Отчего же не выпить, — пожал плечами Рин-Риду. — Тем более за здоровье.

Отказываться бесполезно — подобные типы не отвяжутся, пока не опрокинешь с ними чарку, проверено. Х-хомо…

— Я ща! — Погранец еще раз ободряюще хлопнул Рин-Риду по плечу, покачнулся, чуть не столкнул его со стула, но все же в последний момент удержал равновесие и выпрямился. — Эх! Штормит сегодня!

По-свойски подмигнув, хомо по замысловатой траектории вернулся к столу и тут же загремел там стеклом. Спустя полминуты он вернулся, держа в одной руке сразу два стакана с водкой, а в другой вилку с наколотым грибком — традиционной закуской.

«Пожри тебя вакуум», — подумал Рин-Риду без особой, впрочем, тоски.