Они — и никто, кроме них.

2

— Касание! — выдохнул Валти, выбираясь из кресла и меняя пилотский шлем на боевой. — Открываю шлюз!

— Начали, орлы! — отрывисто скомандовал Скотч и первым незримой тенью выскочил в печной ад Иншуди.

Без сомнения, слабые блики включенного камуфляжа напрочь потеряются в «пляске призраков», как именовали перевертыши воздушное марево над раскаленными песками пустыни. Это плюс.

Странный десант на планету оаонс вошел в активную фазу.

Кораблик сел внутрь периметра резиденции, точно в центр круга из спекшегося и отвердевшего, словно пенобетон, песка. Никто из землян уже толком и не помнил, что такие вот круги (правда, не такие геометрически безупречные) оставались после посадки любого древнего космического корабля-прямоточника. Даже после того, как Земля была признана галактическим союзом и получила антигравитацию, ветераны-прямоточники еще какое-то время использовались весьма активно. Но с тех пор прошло больше пяти веков.

Метрах в трехстах от посадочной площадки виднелись невысокие строения, разбавленные реденькой, с отливом желтизны, зеленью, но на фоне окрестных дюн это место казалось сущим оазисом. Да оно и было оазисом, с запасами воды, климатическими установками, мощными охладителями и прочими прелестями цивилизации. Непокорная природа оказалась временно вытеснена за пределы огороженной территории, но при мимолетном взгляде на дюны сразу становилось понятно, сколь зыбко владычество разума на этом пятачке внутри периметра и насколько легко пустыня может ворваться сюда и мигом вернуть все на круги своя.

По дорожке к месту посадки катера направлялись двое местных; с такого расстояния было видно только то, что они облачены в светлые одежды.

Но оба вооружены, в этом можно не сомневаться ни секунды.

Десантники действовали по отработанному за две недели перелета на «Черной хризантеме» сценарию: почти все, кто в камуфляже, резво разбежались в разные стороны, но посадочную площадку не покидали — возникающие в сыпучем песке следы выдали бы их с головой. Мельников, камуфляжа не включавший, медленно вышел из корабля. Он шагал с трудом, держась рукой за все еще прохладную обшивку кораблика, и вдруг сполз на песок у самого шлюза, словно его оставили силы.

Двое на дорожке это видели и, естественно, обеспокоились: перешли с размеренного шага на бег. Добежали они быстро, примерно за минуту.

Хитрец Мельников упал так, что снаружи осталось туловище и ноги, а верхняя часть корпуса пряталась в шлюзе. Да к тому же упал он лицом вниз — максимально оттягивал момент узнавания. Точнее — неузнавания, момент, когда охранники поймут, что прилетел вовсе не сынок резидента. Второй бескамуфляжный, напарник-погранец, напялил пилотский шлем и склонился над Мельниковым — с понтом, помощь оказывал. Скотч с Гавайцем, которые невидимками стояли на подхвате, все это уже несколько десятков раз отрабатывали на тренировках и не могли не признать: выглядело сие представление очень правдоподобно.