Самое мучительное — ведь Арчи знал, что именно он выберет.

И он выбрал, хотя в горле застрял ком и на душе стало неимоверно мерзко.

«Прости меня, — подумал он. — Прости, если сможешь…»

И принялся искать утешение в так называемых здравых мыслях, как-то: она взрослый человек, ей ничто впрямую не угрожает, после того как сопротивление людей Варги сломят, Арчи ее обязательно разыщет…

Но предательство всегда начинается с подобных мелочей. Когда, вместо того чтобы искать любимого человека, мчишься прочь, подгоняемый неизвестно кем и для чего придуманным долгом, подгоняемый так называемыми здравыми мыслями, пытаешься заглушить тоску и неизбежное отвращение к себе.

И поражаешься тому, что любви удается победить долг только в кассовых голливудских фильмах.

Арчи купил у какого-то пацана велосипед, подарил ему же ненужный теперь мобильник и, сгоняя злость на собственных мускулах, погнал к северной окраине.

Около четырех часов дня Ханмуратов постучался в кабинет Варги.

Президент Туркменистана не спал уже более сорока часов кряду. Вид у него был соответствующий — красные глаза, осунувшееся лицо, вялые движения.

— Что там? — спросил он вошедшего, с трудом приподнимая голову.

— Шеф! — коротко доложил Ханмуратов. — Альянс готовится к очередному удару, и аналитики в один голос твердят, что трассу удержать уже не удастся.

Варга уронил голову на грудь. Казалось, он заснул, но Сулим Ханмуратов прекрасно знал, что шеф просто думает.

— Как считаешь, — действительно вскоре спросил Варга, — аналитики правы?

— Если честно, я считаю, что уходить нужно было еще в полдень.

Варга снова оцепенел. Надолго, минут на пять. Сулим все это время терпеливо стоял перед его столом.

Наконец Варга медленно поднялся и потянулся к панели селектора. Коснулся сенсора; тихо сработал папиллятор распознающего устройства.

Варга сказал в микрофон всего одно слово:

— Всё.

В кабинет тотчас просочились два референта; оба торопливо принялись перебирать бумаги на столе и сортировать их на несколько стопок. Вскоре появился третий и занялся содержимым компьютера; первые двое к этому моменту уже опустошали оба сейфа.