Тем временем оба верхних люка шлюзов почти встали на место, давление давлением, но напор снаружи на палубу сильно упал, и из раскрывающейся аппарели второй Птицы появились грозные и смертельно опасные красавцы — огроменные венерианские мехи. Наши как-то умудрились запихнуть и их два штуки на машину.

Но радость от того, что под куполом с реальным Сантосом получается, была недолгой. Эфир потревожил майор Сирены:

— Кедр — Сто двадцать пятому! Мы стартовали! В машине пробой, в салоне почти забортные условия. Долго не протянем — зажаримся!

— Сто двадцать пятый — быстро во дворец! Рои, кто ближе, закрыть Птиц корпусами со всех сторон!

— Уже, Кедр! — Это Рой-два!

Бумц! Звука нет, но на общем атмосферном визоре на правой стене огненный шар взрыва.

— Кедр, а вот и результат! Одну мою птичку сбили! — весело продолжил Рой-2.

— Всем Птицам — вниз! И вправо, мать вашу! — голос Папы Кондора.

Машины Сто двадцать пятого ухнули вертикально вниз, уходя с линии огня. Кто-то подсветил в интерфейсе вражескую батарею — стреляли с этой же крыши купола океанариума, только из противоположной части.

— Что мать вашу происходит? — голос майора.

— Майор, держитесь! Ушли с линии огня, ждите! Рой-два, сработайте цель!

— Уже, Кедр! Уже, иху маму за задницу!..

Хлумц! Хлумц! Ещё две вспышки.

— Кедр, там зенитные автоматы, два штуки, — доложился оператор. — Потерял пять машин, из них две безвозвратно.

Да йокарный же бабай! Я заматерился вслух, и хоть убейте, не помню, что именно говорил.

Геометрия была не самым нелюбимым предметом в школе, разбирался в ней. Как и в три-дэ программировании. Купол океанариума был вытянут овалом, и имел две вершины. Палуба находилась на скате одной, в мёртвой зоне от батареи, расположенной чётко на второй вершине. Но стоит взлететь — и ты в зоне поражения. Рой-2 выполнил приказ, прикрыл беспилотником одну из Птиц. Беспилотник маленький, но и стрелял зенитный автомат, а он маломощный.

— Кедр, у нас несколько минут. — А это Сто двадцать пятый. — Температура в салоне двести пятьдесят, давление уже двадцать шесть килограмм… Двадцать семь…

— Компрессор работает?

— Работает, но Птица дырявая, как карман бомжа из Санта Марты. У меня четверо трёхсотых с разгерметизацией… Уже двухсотые. Сирену затопили пеной, но пена не спасёт.

Точно, не спасёт. Не на Венере.