— Понял, — коротко кивнул будущий купец. — еще что-нибудь?

— Да, — вспомнил я. — Не скупись с обмундированием и оплатой для своих людей. Запомни — наши люди всегда должны быть сыты, одеты и хорошо экипированы. Никакого мухлежа. Если нужны будут лишние деньги, лучше попроси у меня, чем пытайся сэкономить на людях. И на себе, кстати, тоже не экономь. Играя роль купца, ты должен будешь одеваться как купец, есть как купец и девок пользовать как купец. Главное — не переигрывай.

— Кстати о деньгах. Ты же понимаешь, что на все это нужно очень много золота?

— Естественно, — усмехнулся я. — Но о деньгах не беспокойся. Золота у меня пока хватает.

— Да я о другом, — отмахнулся Арнвальд. — То, что ты золото на все дашь, я прекрасно помню. Мне интересно другое — как мне его тащить? Мало ли кто ограбит по дороге.

— Ну, непосредственно золота, я тебе дам с собой не так уж и много. Большая часть суммы будет в драгоценных камнях. Так что, по приезду в Вохштерн тебе придется их перевести в монету. Что же касается безопасности в пути. То купи себе какое-нибудь оружие где-нибудь тут. Едь не сам, а в составе какого-нибудь обоза. Уверен, что подобный найдется или в сам город или куда-нибудь в Дикий Край. Ну и, естественно, не свети золотом почем зря.

— Понял, — после некоторой паузы, ответил бывший наемник.

— Еще вопросы имеются? — уточнил я.

— Пока нет.

— Вот и славно. Двигай тогда к Гральфу, пусть он одолжит тебе что-нибудь из своих вещей. Мойся, отдыхай. А как будешь готов — выдвигайся в путь. Чем раньше выедешь, тем раньше приедешь.

Глава 38

Глава 38

Буря, которую я поднял своим ограблением, не спешила заканчиваться ни через несколько дней, ни через неделю, ни даже через месяц. Графская стража, судя по слухам, устроила знатный тарарам в местном преступном сообществе. Досталось всем: и правым и виноватым. Казни не прекращались ни на день. Вскоре трупов стало так много, что руководство города даже перестало вывешивать их на улицах и перед городскими воротами. Банально не хватало места. Дошло до того, что народ пресытился и перестал ходить на казни. А это, напомню, было главное местное развлечение, наравне с бродячими скоморохами и бардами.

А вот кому-кому, а страже, особенно той, что подчинялась непосредственно королевскому наместнику (привратная и патрульная в основном), итак, было совершенно не весело. Именно их его милость, граф де Фель, и сделал крайними. Нет, не за то, что те проворонили воров. А за то, что подобное вообще стало возможным. Он вспомнил королевскому наместнику все грехи, в которых были замечены его подчиненные. Тут были и мздоимство, и небрежное выполнение своих обязанностей, и передача преступникам интересующих их сведений, и многое другое. Вспомнил даже бардак в ночной смене привратной стражи. И, в частности, недавнее происшествие, во время которого слетевший с катушек стражник упокоил половину своей смены, покончил с собой, а о происшествии узнали только утром, когда нужно было открывать ворота.