Прогнозы Мато не оправдались. Вход нашелся на юго-восточной стороне и представлял собой небольшую металлическую (что по местным меркам было очень и очень круто) дверь.

— А дверка-то новехонькая, — хмыкнул Карвен, рассматривая преграду.

— Думаешь внутри кто-то может быть?

— Следов не видно, но просто так такую дорогую дверь ставить никто не будет. Уверен, что посетители у этого места имеются.

— Так что, пойдем внутрь?

— Ты командир, тебе и решать. Но я бы сходил, если дверь не заперта. Такой артефакт, о котором говорила Хилья, может стоить ой как недешево. Если знать кому продавать, конечно.

— И ты знаешь, — констатировал я.

— Обижаешь, командир, — ухмыльнулся наемник.

— Ну раз так, то, чего мы ждем? — сказал я и двинулся к двери.

На ней не было ничего похожего на замки или запоры. Даже замочной скважины не имелось. Лишь небольшая, металлическая же, ручка круглой формы. Подобные ей частенько можно было заметить на межкомнатных дверях в советских квартирах. За эту ручку я дверь и попытался открыть. Подспудно я ожидал чего угодно: от того, что она окажется запертой, до стаи летучих мышей, вылетающих из кургана под скрип плохо смазанных петель. Но моим ожиданиям вновь не суждено было исполниться. Дверь открылась легко и совершенно бесшумно. Создавалось впечатление, что кто-то каждую неделю смазывал ее, чтобы при открытии петли не издавали даже самого малюсенького скрипа.

За дверью оказался коридор. Обычный, я бы даже сказал — банальнейший, каменный коридор, уводящий куда-то в недра кургана. Недолго думая, я переступил порог и вошел внутрь. И вот тут меня ждал очередной, крайне неприятный сюрприз — мое ночное зрение, к которому я так привык, которое считал неотделимой частью себя, внутри кургана отказалось работать. Вообще.

Едва осознав что произошло, я грязно выругался и выпрыгнул наружу.

— Ты чего? — участливо поинтересовался у меня Мато.

— Там нихрена не видно, — пожаловался я, когда понял, что ночное зрение не исчезло совсем (снаружи я видел весь коридор до конца).

— Ну а ты чего ожидал? — ухмыльнулся наемник. — Что там факелы и свечи будут гореть, нас дожидаясь?

Я промолчал. Объяснить свою странную реакцию, не открывая одного из своих секретов, я не мог. А в остальном он был прав. Действительно, тоже мне командир. Мог бы и подумать заранее о своих спутниках. У которых подобных плюшек не наблюдалось. Знал же, что придется лезть внутрь. И что мешало мне заранее подготовиться?

— Факелов, как я понимаю, никто не припас? — зачем-то уточнил я у ребят, хотя все прекрасно знал и сам. — Ладно, тогда возвращаемся к лошадям, запасаемся факелами и снова сюда.