А когда и это развлечение само собой иссякает, то извольте готовиться к песенным шествиям, сперва мужскому, а потом и женскому… И при всем этом молодому человеку приходится находить время для занятий с наставником стрельбой из лука, потому что сразу после шествия — целых три дня состязаний.

Если же учесть, что нужно ежедневно менять наряды, заказывать новые, получать письма и отвечать на них — то сразу понятно, что господину Фудзивара Нарихира было вовсе не до оборотней.

Поэтому он промолчал.

— Мы поступим так, — сказала госпожа Акико. — Насколько я поняла, господин Юкинари сегодня опять придет к нашему дворцу с очередным письмом. Сопровождайте его и будьте неподалеку. А я прослежу за Норико. В конце концов, у госпожи Кокидэн еще длятся Дни удаления, и вовсе незачем, чтобы в это время кто-то из ее окружения принимал любовника… Если произойдет что-то неожиданное, я позову вас.

— Я возьму с собой слуг, — пообещал Нарихира. И в первую очередь подумал о старшем кэрае Кэнске. Его собственная свита столь блистательно опозорилась, когда в носилках обнаружились две кошки, что он уже подумывал нанять других слуг, да все времени не хватало.

Старший кэрай состоял при Юкинари, так что найти его было бы несложно.

— Думаю, незачем, — возразила госпожа Акико. — Только лишний шум поднимется.

Нарихира вздохнул — она и не догадывалась, что во всей этой истории может быть замешан оборотень…

* * *

Расставшись с Фудзивара Нарихира, госпожа Акико занялась обычными делами. Кроме всего прочего, дамы решили использовать дни вынужденного уединения, чтобы заняться составлением ароматов. Близилась весна дамы не могли обойтись без ароматов «цветок сливы», а потом и «лист лотоса». Госпожа Акико убедилась, что из хранилищ принесли пестики и ступки, шкатулки с китайскими благовониями, душистыми смолами, мускусом, сандалом, ониксом, гвоздикой… Распоряжаясь служанками, она то и дело поглядывала на Норико.

А Норико прислушивалась — не зазвучит ли на дворе голос Фудзивара Нарихира? Обычно он приходил вместе с Юкинари.

На сей раз Нарихира отговорился какими-то придворными хлопотами, и Юкинари отправился ко дворцу Кокидэн с очередным посланием без приятеля. Его сопровождали только двое слуг, потому что в одиночку молодому господину ходить непристойно. Хотел он взять с собой Кэнске да тот сгинул бесследно.

Очевидно, госпожа Акико уж слишком увлеклась благовониями. Она заметила отсутствие девушки лишь когда та, опасливо озираясь и придерживая рукой письмо, лежавшее за пазухой, уже возвращалась с галереи. Лицо у нее было отрешенным, как будто она пыталась вспомнить что-то очень важное. И если бы госпожа Акико повнимательнее пригляделась, то увидела бы — странная служанка подозрительно похорошела…