Жена и императрица.

А я? Взял и ткнул её лицом в дерьмо. И продолжаю тыкать. Словно того нашкодившего котёнка. И кто я после этого?

Павлин безмозглый.

Представляю, что у неё сейчас творится в мозгах и в душе. Какое гадство.

Да ещё фраза эта идиотская: «тебя нельзя показывать людям». Словно она кукла какая-то.

Тут же вспомнилось её такое же горькое рыдание и полные отчаяния слова, сказанные три года назад в том нашем поезде в Марфино: «Я для вас словно кукла или вещь! А я женщина! Понимаете, женщина! Как глупо было надеяться…»

Дурак, что и говорить. Совсем с этой работой кукуха упорхнула. Ведь наверняка Маша появилась у меня уже после того, как всеми мыслимыми усилиями попыталась привести свой облик в относительный порядок. В каком же она сейчас состоянии безо всех этих примочек и прикрас?

«Тебя нельзя показывать людям».

Идиот.

Я длинно и грязно выругался.

Тут в дверях появился полковник Качалов.

– Государь, лица, удостоенные аудиенции, уже в приёмной.

– Нет. Пусть ждут. Я занят.

И выхожу из кабинета через заднюю дверь.

Мир подождет. У меня сейчас есть дела поважнее.

ТЕКСТ ВИТАЛИЯ СЕРГЕЕВА

Синематографические события Первомая. Сине-фоно. № 6 за 1920 год

Прошедший Первомай был великим праздником спорта, и предсеансные спортивные новости ТАРР собирали миллионы зрителей по всему миру. Синемотографические студии Москвы, Нового Илиона, Рима и Берлина уже анонсировали ряд самостоятельных фильмов о соревнованиях и мероприятиях Олимпиады. Первой ласточкой стала показанная прямо в первый день Олимпиады в Москве фильма «Первые! Зимние! Олимпийские!», снятая братьями Карлом и Владимиром Булла в феврале на Играх во Владикавказе. Если уже заявленная ими фильма о летних играх «Москва Олимпийская» будет столь же талантливой, то другим студиям трудно будет превзойти эту дилогию.