Дверь закрылась.

Вот так вот… Объяснились.

Потирая пылающую щеку, присаживаюсь на диван. Маша спит на нём вот уже четыре ночи. А я на своём. Пять. Пять ночей.

Вот уже четыре дня наша квартира пуста. Без Маши я туда заходить не хочу, а она, похоже, окончательно переселилась на детскую половину.

Господи! Какой же я дурак! Какой я дурак…

Сжимаю голову ладонями. Тихий и безнадежный стон.

Идиот.

Выхода из положения я решительно не видел. Если Маше сделать больно, если её унизить, то она этого никогда не забудет и никогда не простит. Никому. Даже мне.

Тем более мне.

Потому что в её глазах я совершил предательство. А это не прощается.

Тут Виктор прав. А я – дурак.

Вот так семьи и распадаются. Именно так.

Больше не слышно её прикольных словечек. Больше не носит она «басилевсы» и солнцезащитные очки. Больше не ходит в тир. Больше…

Впрочем, проще сказать, чего стало меньше.

Всего. Любви в первую очередь.

Она словно старалась отстраниться и выбросить из своей жизни всё, что связано со мной.

Это стала чужая Маша. Совершенно чужая. Словно выгорело у неё всё внутри. Ушло из души вместе с рыданиями.

Что ж, Виктор, я и тут облажался. Не помогли мне твои советы. А может, я их просто плохо слушал. Да уж… И что теперь?

Официальный развод нам, разумеется, не грозит, но такая семейная жизнь сродни отношениям коллег по работе. Бывших мужа и жены, вынужденных работать вместе в одной фирме и дальше. Холодно презирающих друг друга при этом.

Семью я фактически уже потерял.