– Эти письмена мне незнакомы. Не могли бы вы их перевести?

– В удовлетворении запроса отказано! – отрезала книга. – Эта поэзия слишком прекрасна для обычных смертных.

Герцог Орбаль недовольно взглянул на Ксаллопса – тот поспешил приказать книге:

– Покажи нам сцены далекого прошлого!

– Как вам будет угодно. Возвращаюсь к пятьдесят второму циклу девятнадцатого эона. Перед вами вид на долину Линксфейда, обращенный в сторону Башни из Замороженной Крови, воздвигнутой Кольгхутом.

– Замечательная детальность изображения, исключительно интересный пейзаж! – похвалил герцог. – Любопытно было бы взглянуть на самого Кольгхута.

– Нет ничего проще. Вот терраса храма в Танутре. Кольгхут стоит у цветущего причитающего куста. Рядом, в кресле, императрица Ноксон – в тот день, когда был сделан этот снимок, ей было сто четыре года. Она за всю жизнь не выпила ни глотка воды и ела только лепестки горькоцвета, иногда с кусочком вареного угря.

– Брр! – содрогнулся герцог Орбаль. – До чего безобразная уродина! А кто эти обступившие ее господа?

– Это свита ее любовников. Ежемесячно одного из них казнили, и его место занимал другой. Привлечь к себе нежное внимание императрицы стремились многие, преобладала жесткая конкуренция.

– Брр! – повторно содрогнулся герцог. – Покажите нам лучше каких-нибудь красивых придворных Желтой эпохи.

Книга раздраженно произнесла какое-то односложное слово на неизвестном языке. Страница перевернулась, на ней появилась белая известняковая набережная медлительной реки.

– Перед вами типичный образец садово-паркового стиля того времени. Взгляните сюда и сюда! – книга указала светящейся стрелкой на вереницу массивных деревьев с шарообразными, аккуратно подстриженными кронами. – Это ириксы, древесный сок которых использовали в качестве сильнодействующего глистогонного средства. В наше время этот вид уже вымер. Вы можете видеть, что по набережной прогуливается множество людей. Люди в черных чулках с длинными белыми бородами – алулийские рабы, предки которых вернулись из далекой системы Канопуса. Они тоже вымерли. Чуть подальше – красавица по имени Джиао Джаро. Ее голова отмечена красной точкой – она повернулась лицом к реке.

– Подобные комментарии вряд ли можно назвать удовлетворительными, – проворчал герцог Орбаль. – Ксаллопс, неужели вы не можете контролировать извращенные капризы своей энциклопедии?

– Боюсь, что не могу, ваше высочество.

Герцог высокомерно фыркнул:

– Последний вопрос! Кто из нынешних жителей Квирнифа представляет собой наибольшую угрозу благополучию нашего государства?