Владелец заведения согласился, хотя и без особого энтузиазма.

– Как вы изволили заметить, герцога Орбаля никак нельзя назвать человеком раздражительным, грубым, подозрительным или жестоким – за исключением тех случаев, разумеется, когда надлежащий анализ обстоятельств заставляет его проявлять такие качества, в каковых случаях он забывает о милосердии и великодушии во имя справедливости. Взгляните в окно, на гребень холма – что вы видите?

– Четыре трубы или опоры, высотой метров тридцать каждая и примерно метр в диаметре.

– У вас хорошее зрение. В эти трубы помещают граждан, не соблюдающих общественные нормы, невзирая на тех, кого опустили в них раньше или сбросят впоследствии. Таким образом, если вам приведется беседовать о чем-либо с герцогом Орбалем или даже просто высказать в его адрес какой-либо умеренный комплимент, никогда не пропускайте мимо ушей его указания. С обычными преступниками, само собой, расправляются гораздо скорее.

Кугель тревожно обернулся через плечо (у него давно выработалась такая привычка):

– Надо полагать, такие строгости вряд ли применимы ко мне, только что прибывшему в город чужестранцу?

Трактирщик скептически хмыкнул:

– Допускаю, что вы прибыли полюбоваться на Выставку чудес?

– Конечно! Я даже попробую соревноваться – обещан очень привлекательный приз. Кстати, раз уж мы затронули этот вопрос… Не могли бы вы порекомендовать приличный скотный двор, сдающий в аренду тягловых животных?

– Могу. – Владелец заведения подробно объяснил, как найти такое предприятие.

– Кроме того, я хотел бы нанять бригаду сильных и дисциплинированных работников. Где можно было бы их завербовать?

Трактирщик указал на грязноватую таверну с другой стороны площади:

– На внутреннем дворе «Воющего пса» собираются и распускают языки все городские подонки. Там вы сможете найти любых наемных рабочих, соответствующих вашим целям.

– Пойду навещу скотный двор. Тем временем не могли бы вы попросить паренька-официанта сбегать в таверну и нанять дюжину увальней покрепче?

– Как вам будет угодно.

На скотном дворе Кугель арендовал большой шестиколесный фургон, запряженный парой фарлоков-тяжеловозов. Когда он вернулся с фургоном ко входу гостиницы «Пять филинов», его уже ожидала разношерстная группа из дюжины местных бродяг и попрошаек, в том числе одноногий, впавший в детство старик. Другой, будучи пьян и не совсем в своем уме, непрерывно отгонял воображаемых насекомых. Этих двоих Кугель уволил, не сходя с места. В состав завербованной бригады входил также сборщик грез Айоло, пристально разглядывавший Кугеля с очевидным подозрением.