– Возможно, для выполнения следующего задания тебе придется преодолеть большое расстояние, – сказал Риальто. – Так или иначе, тебе запрещается задерживаться по пути или заниматься посторонними вещами, потому что от результатов твоих поисков будут зависеть выводы, имеющие первостепенное значение.

– Для навозного жука куча дерьма, выпавшая из-под хвоста бронтотобуса, имеет первостепенное значение, – пробормотал Ошерль.

Брови Риальто сдвинулись:

– У Ильдефонса – так же как и у меня – вызывают недоумение твои замечания. Не будешь ли ты так любезен объяснить смысл твоего последнего высказывания?

– Я всего лишь сформулировал абстрактное наблюдение, – заверил его Ошерль. – В чем заключается следующее поручение?

– Арбитр святилища на Тучевороте Охмура, по прозвищу Сарсем, покинул свой пост. Приведи его сюда – нам нужно с ним посоветоваться.

– И мне зачтут один-единственный пункт? Баланс будет нарушен.

– Почему же? Я всего лишь прошу тебя найти и позвать сюда одного инкуба.

– Это трудоемкий процесс. Мне придется отправиться в Лаа и, если можно так выразиться, дергать за хвост, одного за другим, десять тысяч инкубов, пока я не услышу, как один из них огрызнется в спектральном диапазоне, характерном для Сарсема.

– Неважно! – вмешался Ильдефонс. – Целый пункт – немалое вознаграждение, и ты его заслужишь, добросовестно и безукоризненно.

– Скажем так: если мы успешно завершим расследование, тебе не на что будет жаловаться, – прибавил Риальто. – Учитывай, однако, что в отсутствие успеха я ничего не могу гарантировать!

– Хорошо. Но придется растворить «стаз». Поток времени несет меня, как ветер – парусную лодку.

– Последнее замечание! – поднял указательный палец Ильдефонс. – Время не ждет! Для тебя секунда мало отличается от столетия; мы гораздо чувствительнее в этом отношении. Не медли!

– Постойте! – спохватился Риальто. – Нужно спрятать пробирки с пылью. У Хуртианца орлиное зрение: он обязательно заинтересуется, почему на столе появилась пробирка с его именем на ярлыке. Спрячем пробирки на полке под пюпитром… Вот так! Ильдефонс, не забудьте, что собрание нужно будет немедленно распустить.

– Разумеется! Вы готовы?

– Не совсем! Осталось сделать еще одну вещь. – Риальто вынул из-за пазухи оцепеневшего Вермулиана глоссоларий, присвоенный Лунатиком в Фалу́, после чего Ильдефонс и Риальто, работая вместе и посмеиваясь, как задумавшие неприличную проказу школьники, сотворили поддельный глоссоларий, изменив лексикон таким образом, чтобы перевод звучал как нелепая мешанина оскорблений, ругательств и глупых шуток. Поддельный глоссоларий был размещен за пазухой Вермулиана. – Вот теперь я готов! – заявил Риальто.