Я на пару секунд засомневалась – не последовать ли мне его примеру и не сверзиться ли на гору отбросов, перед тем порушив десяток вороньих гнезд на растущем под окном дереве? – но стоило ли бежать от того, кого я так долго искала? Констан наверняка знал о происходящем поболее меня, и глупо было упускать шанс расспросить его... С этой мыслью я вновь свесила голову вниз, стараясь не привлекать к себе внимания. Вначале показалось, что дела моего бывшего ученика совсем плохи – он находился в самой гуще толчеи, образовавшейся в питейном зале, в то время как Искен занял позицию поудобнее, остановившись на ступенях лестницы, перила которой частично защищали его.

– Чародей, значит! – выкрикнул кто-то из толпы особенно пронзительно. – Намнем ему бока, братцы, пока он в себя не пришел!

Это предложение было встречено одобрительным гулом голосов; потасовка все никак не могла перейти к той части, что почитается излюбленной среди завсегдатаев подобных кабаков, и народ одолевала маета.

Констан, ничуть не встревожившись, поднял руки в жесте, который мне показался примиряющим, однако прочие истолковали его по-иному:

– Оставь свои штучки, колдун! – наперебой взревели добрые эсвордцы, поднимая свои дубины и кистени. – Именем князя запрещено творить волшбу в столице без княжеского же разрешения!

– Надо же, как здесь уважают законы! – съязвил Искен, который временно перестал быть центром внимания присутствующих – и то сказать, Констан выглядел куда внушительнее за счет своего истинно богатырского сложения и густого баса.

– Этот – уважаем, а как же! – осклабился детина, стоявший ближе всего к аспиранту. – Славный закон, все бы такие были!

– Сталбыть, нельзя магией-то вопрос решить, – задумчиво промолвил Констан, почесав затылок. – Что ж я все время забываю-то про законы эти?.. Ну что ж, раз такое дело – отхожу-ка я вас этой лавкой дубовой, по старинке...

И с этими словами он шустро спрыгнул со стола, ухватил лавку, точно это был ивовый прутик – и мне показалось, что лицо его при этом озарила ностальгическая улыбка. Я, поняв, что могу вскоре потерять его из виду, торопливо вскочила на ноги и почти кубарем скатилась по лестнице, едва не сшибив с ног Искена. Он оглянулся, но не успел даже меня обругать, как драка, которую с нетерпением ожидали прочие посетители трактира, наконец-то началась.

Я всегда старалась держаться подальше от подобных удалых забав в те времена, когда выдавала себя за адептку. Во-первых, участие адептов в пьяной потасовке с горожанами всегда становилось предметом долгих разбирательств с деканами, кураторами и прочими должностными лицами Академии, принимающими близко к сердцу ущерб, нанесенный казне учебного заведения – а городские власти всегда требовали немалой денежной компенсации от Лиги за разгромы, учиненные чародеями. Любое пристальное внимание, обращенное на меня, могло стать роковым. Во-вторых, став пару раз свидетелем того, как разворачиваются кабацкие драки, я уяснила себе, что ни ловкость, ни сила, ни хладнокровие не уберегут участника подобной свалки от пролетающей мимо бутылки, табуретки или свиной ноги. И в шестнадцать лет я в подобной ситуации обращала все свои помыслы на поиск безопасного места, сейчас же и подавно не собиралась принимать участие в бесчинстве.