— Да вроде нет. Про это не сообщали.

Веник подумал, что он зря помянул однорукого. Тот ведь мертв. Веник вспомнил, как выстрелил в него Максим Павлович…

Максим Павлович!!!

— Кстати! Шуруп! — воскликнул он.

Проводник уже, собирающийся выйти из комнаты снова обернулся.

— Я хотел спросить. Как там на «Свободе» Максим Павлович-то?

— А что с ним?

— Ну, вообще, как он там?

— Записался в добровольцы. Вроде сюда собирается вернуться. А что?

— Да ничего… Только есть у меня подозрения на его счет. Ничего конкретно сказать не могу, но осталось какое-то впечатление, что он не тот… Ну не тот, за кого себя выдает. Ты, Шуруп, присмотрись там к нему.

Проводник серьезно кивнул.

— Ладно. Присмотрю за ним.

Они покинули комнату и вышли на основную платформу. К удивлению Веника там их дожидалась Илона.

— О! — сказал Шуруп. — Ты чего это здесь?

— Ну, надо же помочь…

Девушка взяла за локоть Веника. Тот не стал вырываться и покорно пошел рядом с девушкой. «Чем бы дитя не тешилось»…

Шуруп подмигнул парню. Возле входа в лазарет, проводник коротко простился и к центру станции.

Веник зашел в свою палату.

— Если что, — сказала Илона. — Я рядом.

Он посмотрел на девушку. Та, по-видимому, серьезно считала, что в обязанности медсестры входит сопровождение больных на прогулке, и почему-то Веник почувствовал к ней благодарность.