— И что ты предлагаешь? — прищурился Нос.

— А вот слушайте! Идея такая. Старик — уже не жилец. В смысле, что тут, по-старому он уже жить не будет. В лучшем случае, пираты его заставят для себя кур и овощи выращивать. В худшем — заберут на остров или еще куда. Но в любом случае, они его хорошенько про нас расспросят. И вот надо использовать это нам на пользу!

— Как это? — не понял Агей.

— Надо еще подумать, но замысел у меня такой. Приведем завтра утром сюда парней, типа отдохнуть перед дальней дорогой. Заведем разговоры разные, куда нам идти дальше. Ну и скажем, что поняли, что нас на севере ждут, а мы пойдем на юг, там, дескать, Рамос нас искать не будет. Скажем, что по побережью идти не будем из-за пиратов, а пойдем вдоль канала, на юг. На самом же деле, двинем по каналу на север. Я не знаю, как этот канал идет относительно берега, но, по словам Елизара, до него два дня пути. А, следовательно, пиратам сложнее засаду сделать будет. Одно дело рядом с берегом, а совсем другое — в нескольких днях пути вглубь материка… Вот мы и осторожно пройдем вдоль канала пару дней, а потом, возможно, к побережью повернем или еще куда.

— Неплохо ты задумал, Коляныч, — задумчиво проговорил бригадир. — Но можно просто сказать, что на север, вдоль берега пойдем. А сами к каналу двинем. Но, надо нам еще об этом с Колпаком покумекать. Сейчас идем на берег, там посоветуемся, а завтра рано утром сюда переберемся.

Интересная мысль пришла Агею в голову, и он сказал:

— А если сказать Елизару, что мы в Ковчег решили идти?

Товарищи посмотрели на него с немного удивленными лицами, а затем Коляныч улыбнулся:

— Отличная идея, Агей!

— Варит у тебя голова! — бригадир хлопнул парня по плечу и посмотрел на Коляныча. — Только надо как-то это осторожно сказать. Чтобы старик не понял, что мы ему голову морочим. А то обидится и выложит пиратам свои соображения. Поэтому давай сейчас прощаться и на берег бегом. А там все это обмозгуем.

— Да, — кивнул бывший раб. — Я знаю, что надо Елизару сказать. Идем.

— Только смотри, — Коляныч положил руку на плечо Агею. — Об этом разговоре ни звука! Ни Вилену и никому другому.

— Да ты чего, — постарался изобразить возмущение парень. — Что же я совсем что ли?

Все вместе они двинулись к дому. Поднимаясь по лестнице на верхнюю веранду, Агей услышал, как Елизар что-то сказал и как Лысый с Добером громко рассмеялись.

Когда Агей с товарищами показался наверху, все за столом перестали смеяться и посмотрели на пришедших, которые молча уселись за стол.

— Ну, что же, — сказал Коляныч, обводя всех сидящих за столом взглядом. — Интересно получилось, что мы тут собрались, так сказать «первым составом». Сперва я с Агеем познакомился. Потом вот, с парнями и потом Вилен к нам примкнул. А остальные уже потом присоединились. И сейчас я должен кое в чем вам признаться.