Сразу же предположив, что это корабль пиратов, трое товарищей упали на землю и какое-то время наблюдали за ним. Но поскольку уже смеркалось и до корабля было более километра, даже в бинокль они ничего особого не увидели.

Посовещавшись, двинулись назад, к Елизару, однако, не пройдя и километра, отбросили эту идею. Даже днем, вероятно, найти путь было бы не так просто, а сейчас, когда сумерки уже сгустились, отыскать путь назад уже не представлялось возможным.

Стали опять совещаться. Нос предположил, что Колпак и остальные не так глупы, чтобы спокойно сидеть и ждать, пока корабль причалит.

«Наверняка, — говорил он. — Парни заметили корабль издалека, сразу поняли, что это пираты и убежали подальше от берега».

По прикидкам бригадира, искать товарищей надо было где-то северо-западнее лагеря. Километрах в двух, а то и более от берега.

Туда они и направились. Пробираясь на север, в темноте наткнулись на небольшую балку, идущую параллельно береговой линии. Спустившись вниз, двинулись по ней, как вдруг, словно из ниоткуда, на них кинулись рослые пираты.

— А откуда ты знаешь, что это пираты? — подал голос Вилен.

— А кто же еще? — окрысился здоровяк. — Ты сам подумай башкой своей тупой, кому мы там еще нужны???

— Это пираты, больше некому, — задумчиво кивнул Коляныч. — Так, что было дальше?

А дальше началась драка. Достать оружие никто не успел. Добер получил несколько ударов, сам тоже угостил кого-то кулаком в морду, но вдруг Нос крикнул то ли «Бежим!», то ли «Бегите!» Услышав это, здоровяк врезал кому-то по корпусу, рванулся, и, протаранив еще кого-то, выскочил из свалки.

— Да! Я побежал! А кто-бы не побежал? — оправдывался бугай.

Куда он бежал, сам не знает. Главное, подальше от пиратов. Вокруг уже царила темнота. Позади слышались крики. Вроде бы его преследовали. Через некоторое время, выдохнувшись, Добер упал на землю, ожидая, что его настигнут и схватят. Однако вокруг царила тишина. Никаких звуков погони. Ощупав себя, здоровяк обнаружил, что пистолет свой он потерял и у него остался только бинокль на шее.

Тогда Добер поднялся и продолжил бег. Он бежал через холмы, мимо темных развалин и почти целых, но заброшенных домов. Куда он бежит, бугай не знал. Понимал только, что путь назад к Елизару вряд ли найдет в этой темноте. В голову полезли мысли о том, что делать дальше и зачем он бежит и куда? Однако останавливаться было еще страшнее, чем бежать вперед, и поэтому он, делая короткие остановки, все бежал и бежал. Когда в нем уже наросло отчаяние, и он стал думать, чтобы махнуть на все рукой и, найдя укрытие, лечь спать, то, поднявшись на один из холмов, он увидел впереди внизу, освещенный знакомый дом.