Елизар первым направился к лестнице. Все остальные потянулись за ним следом. Спустившись вниз, он сказал ждать, а сам покинул дом. Через несколько минут старик вернулся, таща какие-то длинные палки, замотанные тканью. Подойдя к парням, хозяин опустил ношу на землю, развернув, и Агей увидел, что это медицинские носилки. Такие он видел на острове.
— Это чего? — удивился стражник.
— Носилки! — сказал старик. — На них погрузим все и потащим. У меня их как раз две.
— На носилках жратву потащим? — скривился бугай.
— Ага! Ты посмотри какие они легкие! И смотрите, что тут есть.
Поверху стальных трубок находилась длинная пластиковая накладка. Старик раскрыл ее, так что у носилок появился небольшой бортик, явно сделанный для того, чтобы человек, которого переносят, не выпал с носилок.
— Вот тут положим вещи и понесем, — сказал Елизар. — Они хоть и легкие, но крепкие! Я как-то пытался погнуть одну, так не получилось.
Агей вместе со всеми попробовал эти носилки на вес. Несмотря на солидный внешний вид, они оказались на удивление легкими. На концах трубок находятся удобные резиновые накладки для рук.
— У меня их четыре штуки. Две возьмем и пожитки на них уложим.
— Ладно, — сказал Коляныч. — Раз ничего лучше нету, возьмем их. Сейчас сделаем вот что.
Он обвел товарищей взглядом.
— Завтра придется рано вставать, еще затемно. Поэтому давайте ляжем пораньше. Покажи, Елизар, где нам спать.
— С этим тоже проблем нет, — сказал старик, ведя их на второй этаж. Там, в комнатах, нашлось по несколько кроватей. Елизар быстро очистил постели от хлама, и покрыл старыми, но чистыми подстилками.
— Сойдет, — кивнул Коляныч, глядя на древние постилки. — Учитывая, что завтра, если выживем, будем спать на земле, то и это за счастье.
Бывший раб подмигнул Агею.
— Так, парни, — сказал он Вилену и Агею. — Ложитесь спать. Завтра у нас трудный день и еще более трудное утро будет. А мы втроем еще полчасика посидим, проверим эти носилки и еще кое-чего обсудим.
Не пререкаясь, Агей направился в указанную комнату и, не раздеваясь, улегся на кровать.
«И опять я, словно щепка в ручье, куда-то несусь, — грустно подумал он. — Опять убегать надо. Не дадут пожить спокойно, сволочи!»
Больше он ничего подумать не успел, поскольку сразу же уснул.