<ПРИМ. Я тогда еще не знал, что из-за этих Коровиных фуфаек, и не только из-за них, нам придется создавать целую — даже не промышленную отрасль — Промышленную Империю.>
<ПРИМ. Я тогда еще не знал, что из-за этих Коровиных фуфаек, и не только из-за них, нам придется создавать целую — даже не промышленную отрасль — Промышленную Империю.>
ПРЕДСТАВЛЕНИЕ ЛОБАНА КОНЮШНЕ. Наконец состоялась презентация Лобана. Собрались все, даже Войнович пришел. Председатель Сури'Нам, хоть и большой любитель всяческих презентаций, на эту не приехал.
ПРЕДСТАВЛЕНИЕ ЛОБАНА КОНЮШНЕ.— Делайте как знаете, я на все согласен и все подпишу, — сказал он и не приехал.
Все сидели угрюмо и настороженно, кто-то поджимал ноги, все поджали хвосты. Я думал, что они уже жеребцы, а они еще сосунки-жеребята. Допрыгались! Я ведь предупреждал: вот придет Лобан, и тогда вы поскачете вдоль по Питерской и попляшете кровавый краковяк!
Презентация была сверхкороткой. Я сказал несколько вступительных слов. Говорил один Лобан, вопросов ему не задавали. Речь Лобана была весьма неожиданной. Оказывается, Лобан не столько болел у нас в эти три дня, сколько приглядывался к конюшне. Он все обдумал. Он отказывается брать конюшню. Ему надоело возиться с ними. Все равно ничего хорошего не получится. Разошлись в задумчивой тишине. Я поднялся к Лобану. Я так ничего и не понял.
— Что случилось? Что изменилось за эти три дня?
— Ничего, — ответил Лобан. — Хотелось, да расхотелось.
— Дженераль знает о твоем решении?
— Еще нет, но он предоставил мне право решить самому.
— Может быть, тебя надо упрашивать? — спросил я, бухнулся перед ним на колени и завыл: — Возьми конюшню, отец родной!
— Не юродствуй, — сказал Лобан. — Выйдем на свежий воздух.
Вышли на свежий воздух. У Лобана, как воспоминание о его приобском побеге, вспух третий подбородок, висят розовые щеки, торчит синий облупленный нос с розовыми прожилками — не хуже носа любого заправского пьяницы, но эти подбородки, щеки и нос являются результатом сильнейшего обморожения, а не пьянства.
Я опять начал его уговаривать:
— Ты должен взять конюшню. Тут ничего другого не придумаешь, я свое отыграл. Я отвалял дурака на все сто процентов.
— Хорошо, я возьму конюшню, — с неожиданной уверенностью ответил Лобан.
Ничего не понимаю. То берет, то не берет.
— Я не хотел говорить при стенах. Я беру конюшню. Но это не решит всей проблемы. Корова не сумеет поставить проект на ноги. Ему нужно помочь. Он же подвинутый, он как дитя неразумное. Его надо кормить с ложечки. Ему нянька нужна. И администратор. И охрана.