– Ладно, тронулись! – Конан коснулся плеча посланца Крома. – А то эти бестии и в самом деле нас нагонят.

– Двинемся, но не раньше чем я вновь попытаюсь запутать наш след, – вздохнул слуга Крома. – Заклятье Зертрикса слабеет, вскоре я уже смогу достичь чертогов нашего Отца… А пока – помоги мне!

Повинуясь командам посланца, Конану долго пришлось расхаживать взад и вперед, совершая бессмысленные движения руками и время от времени выкрикивая то «аой», то «эвое»…

Когда они тронулись в путь, посланца Крома пошатывало от усталости и он едва держался в седле.

Был вечер, далеко у гористого горизонта медленно угасало алое закатное пламя. В лица бил свежий ветер, и его порыв внезапно донес запах гари вместе с жутким, замогильным воплем сотен и сотен голосов. В следующий миг перед отрядом Конана открылась неширокая долина с пологими склонами, залитая странным кровавым светящимся туманом. На той стороне долины полыхал грандиозный пожар – из крутящихся огненных вихрей и рвался тот леденящий душу предсмертный вой, что они услышали чуть раньше.

И тут до слуха Конана вновь донесся голос Зертрикса.

– Тебе туда нельзя, киммериец. Я останавливаю тебя вторично.

Конь Конана заржал и попятился. Сам киммериец досадливо сплюнул.

– А куда же мне тогда деваться? – Он постарался вложить в вопрос как можно больше издевки.

– Для нашего дела будет лучше, если ты немного посидишь на одном месте, – отозвался Зертрикс.

От внимания Конана не ускользнуло, что горбун говорит как-то сдавленно: голос его стал низким и хриплым.

Отряд вновь остановился.

– Если черные демоны доберутся до меня, пока мы здесь прохлаждаемся, боюсь, твои хозяева вряд ли будут очень обрадованы, – наудачу бросил Конан. Ответа не последовало.

Тьма сгущалась. Пожар на противоположном краю долины медленно угасал, словно какая-то сила сдерживала огонь, не давая ему распространяться дальше. В воздухе пахло горелым и еще чем-то неуловимым, но донельзя отвратительным – киммериец готов был поклясться, что так могут пахнуть полуразложившиеся трупы, когда их наконец бросят на погребальный костер…

Медленно тянулось нескончаемое время. Конан сгрыз до мяса ногти на обеих руках, не находя себе покоя. Его маленький отряд окружила завеса глухого недоброго молчания; ни один звук из внешнего мира не пробивался к ним. Переставшие ссориться девушки жались друг к другу и старались держаться поближе к Конану, хотя, наверное, и понимали, что случись чего – и смертный вряд ли сможет помочь им, вырванным капризом Богов из жутких пределов Смерти…

И потому войско «черных драконов» прошло мимо, так и не узнав в ту ночь, кто сидел на расстоянии двух полетов стрелы от той дороги, которой ехали их сотни.