— Господь с вами, Иван Павлович! Мало кто трудился как вы для создания Доброармии! Покойный Лавр Георгиевич, Алексеев, генерал Лукомский… и всё, пожалуй! Только дураки или негодяи не желают этого понимать. Не любят? Это наш крест. Ко мне тоже многие добрых чувств не испытывают, начиная с генерала Врангеля[17]. Не успел приехать, то ему не так, это не эдак, конногвардеец… В Иркутске бы указывал, или дирижировал на балах! Но наше дело выше личных симпатий и антипатий. Как сказал святой благоверный князь Александр Невский новгородцам: «Люб — не люб… Не в любовники я к вам пришёл, а в воеводы!»

— Да я всё понимаю, Антон Иванович, и не теряю надежды. Думаю, и Алексеев не будет возражать. Он ведь недаром до полного генерала дослужился и два с половиной года Действующей армией командовал. Тоже наверняка понимает, что здешние места стали для нас тупиком, и вот-вот станут ловушкой с учетом ультиматума Климова, а в Поволжье большие перспективы. В том числе и для него лично. Из не совсем понятного «верховного руководителя», он сможет возглавить Всероссийское Национальное Правительство. Вы — Верховный Главнокомандующий, фактически глава государства, он — Глава Правительства. На вас военные и внешние дела, как при государях императорах, Алексеев ваш презус и управляет всей гражданской частью и финансами. Просто и привычно. Думаю, он будет доволен. Да и здоровье у него в последнее время не очень, не потянет он армию. Без него хватает желающих, тот же Врангель. Один офицер из дроздовцев, перешедший туда с несколькими другими из корпуса Климова сразу после прихода в Россию, рассказывая об этом Анабазисе по Европам, сообщил о словах услышанных от Климова в Бессарабии, после чтения газет: «Все лезут в Наполеоны! Нельзя по улице пройти из-за Наполеонов!»

— Остроумно. Впрочем, полковник пиит, прямо как Денис Давыдов, кому же владеть словом. И метко подмечено, насчёт Наполеонов… Сейчас от них и правда не протолкнуться… такие ныне времена.

— А вы, Антон Иванович? Неужто не хотите в Наполеоны?

— Честно? Нет, не хочу, Иван Павлович. Слишком хлопотная и неблагодарная роль. Я бы предпочёл быть Бернадотом, только конечно в своей стране, а не чужой.

— Хм, если вспомнить историю, Бернадот вполне мог бы реализоваться во Франции, если бы Наполеон не пережил взрыв на улице Сен-Никез.

— Об этом, Иван Романович, у нас ещё будет время поговорить, а пока начинайте подготовку планов выступления армии из Егорлыкской долины к Манычу, и после переправы — движения по левому берегу Дона к Царицыну, и затем вдоль Волги на Астрахань. Ступайте, голубчик, а я помолюсь за наш успех…