– Обмениваюсь товарами. У меня с десяток лавок на рынке, да еще несколько ферм и ремесленных цехов в разных уголках Бейленоса. А вы что, ищете работу? – спросил Ракс,

и толпа вокруг засмеялась еще сильнее.

– Нет, совсем нет. Но скоро вы лишитесь всего, что у вас есть.

В толпе зароптали, каждый на свой лад: возмущенно, испуганно, удивленно или непонимающе.

Свелио нахмурился и прищурился.

– Вы мне угрожаете? – спросил он с сомнением.

– Нет-нет, что вы, – успокоил Тайнс, – мне это не нужно. Айрис Таггеранг рано или поздно придет сюда, дабы все у вас забрать. Когда он расправится с внутренними врагами его взор упадет на замели Бейленос, от которых, по его мнению, исходит главная угроза для Алатарианской империи.

Люди заохали и начали возмущаться. Завязался спор: одни говорили, что нужно готовиться к войне, другие настаивали на том, что чужаку нельзя верить, обзывали его лжецом, шпионом, провокатором, подлецом. Подождав немного, Тайнс дал знак Кроби, дабы тот постучал в тарелку.

– Мы должны выступить одной сплоченной армией, нам нужны силы всех кланов. От этого зависит выживание каждого из вас, – Тайнс жестом руки указал на толпу. – Клан, который откажется, станет изгоем на землях Бейленос. С ним будут разорваны все отношения, будет запрещено посещать земли других кланов и Лунного рынка для обмена товарами. У вас есть три луны на размышления – до следующего Лунного рынка. Так и передайте своим вождям.

Слушавшие стали осыпать вопросами Майорбэка и вождей, но те спокойно сошли с помоста и пошли сквозь толпу к выходу с рынка, дабы вернуться к месту, где воины уже вовсю обустраивали лагерь.

Следующие три луны прошли довольно быстро. Воины ходили охотиться и рыбачить, одну часть дичи оставляли для полевой кухни, а другую продавали на рынке или обменивали на другие товары. Все кланы собирались на рынке раз в три луны, во все остальное время рынок не пустовал: торговцев и покупателей на нем было намного меньше, продолжало работать несколько человек из Озерного клана, в числе которых и Свелио. Тот не мог упустить возможность хорошенько нажиться на лагере армии Бейленоса, расположенном прямо рядом с рынком.

В начале второй луны в лагерь пришла жена Хоблауда с дочкой Мирой и младшими сыновьями – Орином и Сигурдом. В день победы в турнире он не успел провести с ними достаточно времени и ныне очень рад их присутствию. Когда Бард остался наедине с женой в своей походной палатке, они зажгли свечи и легли рядом.

– Ты, наверное, хочешь знать, как мы жили с Марло? – спросила женщина.

– Мне больно об этом думать, и я ничего не хочу об этом знать, – ответил вождь.