И тут же, не дожидаясь ответа, продолжил:

— А ты Комда, убийца адепта Рёдзэна, не так ли?

Он поднял руку и нацелил указательный палец на женщину.

Та спокойно ответила:

— Да, мы те самые пришельцы. И я действительно убила адепта Рёдзэна. Нам тоже приятно познакомиться с вами. Ваша вежливость намного превосходит все, с чем мы сталкивались раньше. Это все вопросы, которые вы хотели нам задать, или есть еще что-то, интересующее вас? Например, не собираюсь ли я убить и вас тоже?

Старик усмехнулся и сделал шаг навстречу.

— Забавно. Никто не разговаривал так со мной раньше.

— Кстати, я тоже могу ткнуть в вас пальцем. Тогда все будет по правилам?

Готоба рассмеялся.

— Вы удивительная женщина. Наше последующее общение обещает стать интересным. Что ж, не будем его откладывать.

— Может, мы лучше вместе пообедаем?

— Вы приглашаете меня?

— Нет. Я надеюсь, что это вы пригласите нас. Ведь вы правитель прекрасного Хайбуна, а мы просто голодные путники.

Старик, продолжая улыбаться, повернулся к Кёраю:

— Пусть накроют стол в соседнем зале.

Помощник склонился в поклоне и поспешно вышел из комнаты.

— Теперь, когда мы так мило поприветствовали друг друга, чего бы вы хотели от меня, кроме обеда?

— Посмотреть на Хайбун с вершины горы. Или это сложно сделать?

— Нет. Не сложно. Долго. В верхней части города нет системы лифтов. Боюсь, если мы отправимся на вершину пешком, то опоздаем не только на обед, но и на… завтрак.

Комда склонила голову в знак понимания. В ней больше не ощущалось упрямства и желания возразить, как несколько мгновений назад. Готоба с удовлетворением принял ее смирение. Он намеренно повел себя с ней как с кандидатом, желающим принять посвящение в Клан Терпения. Она не выдержала испытания, но заинтересовала адепта. Теперь можно было внимательнее присмотреться к ее спутникам. Те стояли небольшой группой чуть позади. Слева возвышался над остальными красивый молодой мужчина с темно-каштановыми волосами и вишневыми глазами. В том, как он стоял, высоко подняв голову, в развороте широких плеч, во взгляде, который он устремил прямо на адепта, чувствовалась сила. «Наверное, телохранитель», — решил Готоба.