— О, прекрасно представляю, — человек в маске негромко рассмеялся. — Гораздо лучше чем ты, капризный избалованный юноша, я уж не говорю о твоих наивных друзьях и глупом старом фортученте.

— Я не позволю вам оскорблять моего отца! — возмутился Максимилиан.

— Тише, Макс, я сам, — шикнул Тео. — Зачем вы хотите всё уничтожить? Неужели вы не понимаете, что если миры окончательно сольются, это не принесёт ничего, кроме хаоса и боли? И укрыться будет негде!

— А кто тебе сказал, что я собираюсь разрушить оба мира? — Рита почувствовала, как брови под маской удивлённо взметнулись вверх. — Вы, резиденты тонкого мира, привыкли считать себя сверхлюдьми, а в действительности не видите дальше своего носа. Если провести особый ритуал, — он любовно провёл рукой по ободку Чаши, — артефакт не просто уцелеет, а станет привязан к нашему миру. Вместе со всей заключенной в нём силой. И тогда уже мы будем решать, сколько энергии выделить вашему миру... и выделить ли.

Одним резким движением мужчина сорвал свою нелепую маску, словно открыто признавая глупость и несостоятельность этого нелепого маскарада, а заодно давая понять своим пленникам их ближайшие перспективы. Ведь тех, перед кем нет смысла больше скрывать свою истинную личность, не принято оставлять в живых.

— Серафим? — изумлённо воскликнул Макс.

— Надоело оставаться инкогнито, — он широко улыбнулся, и Рита с изумлением обнаружила, что уже встречалась с ним раньше — и даже говорила.

Только в тот раз ангел выглядел совершенно иначе. Сейчас же вместо бесформенного балахона из шелковистой струящейся ткани на нём был строгий брючный костюм, вместо сандалий — обычные ботинки, никаких локонов, как на полотнах эпохи Возрождения: белобрысые волосы были коротко подстрижены и тщательно уложены, что же до нимба и крыльев, то этих непременных атрибутов высшего духовного сана не было и в помине.

— Станислав Белов? — недоверчиво пробормотала Рита.

— Молодчина! — похвалил фальшивый ангел. — Десять баллов за догадливость. Честно говоря, тебя мне уничтожать не хочется. Как-никак соотечественница, в отличие от этих... — он презрительно скривился.

— Предатель! — прорычал Тео. — И все эти годы ты был советником фортучента!

Бывший советник укоризненно поцокал языком.

— Но-но-но. Не предатель, а двойной агент. Заметьте, я всегда действовал лишь в интересах своего мира, нашего мира, Маргарита, — короткий взгляд в её сторону. — И свою настоящую родину я не предавал.

— Как ты нашёл дорогу в Санкт-Петроград? — глаза Тео потемнели от бешенства. — Как тебя не растерзали грифоны, как ты сумел скрыть свою лживую натуру от всех, включая фортучента?