Вывод Рикки понравился, но смущало, что при прямом вопросе виновный легко догадается, куда он клонит, и может просто-напросто соврать. Здесь надо как-то хитрее. «И, наверное, самое правильное, – заключил он, – это спросить Доминика. Раз он вне подозрений, то сможет помочь».

Рикки остановился перед злополучной стеной и посмотрел на ободранное им дерево. Залезать назад будет ой как непросто. Чтобы вот так мотаться туда-обратно, надо быть достаточно ловким, а главное – несколько бесшабашным. Ну, ловких среди них много, хотя вот Марк точно бы не залез, а лихих и безумных... Он снова задумался, но на этот раз не стал торопиться и обвинять кого-то конкретного. В конце концов, так бывает, что и тихий человек на самом деле таким только прикидывается. Ведь не просто же так выяснилось, что Арок – частый и любимый посетитель «Падшей совы», а никто бы на него не подумал.

Зацепившись за сучок, Рикки подтянулся и вскарабкался выше, надеясь, что ничто на этот раз не обломится.

***

Никогда еще Денни не встречал с такой радостью первые лучи солнца. Его и Слэйда вывели из подземной тюрьмы, откуда их должны были перевезти в ближайшее расположение войск.

В первую минуту бывшие заключенные даже зажмурились, до того ярким показался дневной свет.

– Скажите, – обратился Слэйд к одному из стражников, – нам не положено перед отъездом попрощаться с семьей?

– У вас есть семья? – удивился тот.

– Конечно, есть, здесь в Толлгарде, – заявил разбойник с невозмутимым видом.

– Да, по закону должны дать один день, – ответил, подумав, стражник. – Но это только если правда семья.

– А как же иначе! – воскликнул Слэйд, широко улыбнувшись.

Денни не стал ничего спрашивать, только пристально посмотрел на друга. Их вывезли за стены академии, потом доставили в какое-то высокое здание, где каждого долго и нудно расспрашивали, а затем сунули на подпись какие-то бумаги. После чего выдали мешок с одеждой, судя по всему, военной формой, и велели переодеться.

Слэйд продолжал выяснять, имеет ли он право увидеться с семьей. К удивлению Денни, он такое право действительно имел, более того, решение отвезти его к родным было принято почти сразу, после появления его подписи на бумагах. Бывший разбойник, а ныне доблестный воин армии Западной Лансии, переоделся и в сопровождении троих стражников сел в повозку. Денни следил за ним через окно.

– Будь здоров! – крикнул Слэйд так, словно прощался навсегда, и махнул рукой.

Кучер стеганул лошадь, и повозка тронулась.

– У меня такое чувство, что он только что вспомнил об этой семье, – заметил стоявший у двери стражник.