– Арок? – позвал Марк.

– Да? – Ворон повернул голову. Он вел под уздцы лошадь, на которой сидел раненый. – Ты как?

– Нормально. Девчонкины грибы хоть и сущая гадость, но сработали, – морща лоб, ответил Буйвол. – Ты мне лучше скажи, что это с ними?

– С кем?

– Они похожи на влюбленную парочку.

Арок посмотрел вперед, куда указывал Марк. Кристофер и Вирт ехали рядом и разговаривали. Их лошади шли в ногу и даже одновременно покачивали хвостами.

– Для меня самого это покрыто тайной, – ответил Ворон, улыбнувшись. – Видимо, что-то произошло ночью, пока мы спали.

– Чудеса, – покачал головой Марк.

– Это точно.

– Слушай, Ворон, не смотри на меня так, – попросил Буйвол. – Я не ребенок, а ты не обеспокоенная мамаша. Ну, без ноги теперь, и что? Главное, жив.

– Да, все верно, – согласился Ворон, подумав, что сам он на его месте вряд ли вел бы себя так стойко и мужественно. Но на то Марк и прозван Буйволом, неизвестно только, что теперь с ним будет. Вряд ли Лидер оставит его в Рыцарях.

Эри тем временем сидела перед Андреем Волком и со скучающим видом смотрела по сторонам. В пути они не разговаривали, но это не тяготило. Все лучше, чем было бы с Рикки. Слишком много радости для него одного. Если он думает, что она забыла его предательство в Шадер, то заблуждается. На словах можно быть милым и даже ласковым, но верить нужно только действиям.

Рикки был таким же стражем, как и остальные Рыцари. Точно так же во время казни он стоял с ними в одном ряду. И какие бы иные чувства у нее сейчас ни возникали, об этом нельзя забывать.

– Слушай, – Эри с решительным видом повернулась к Андрею, – а почему тебя прозвали Волком?

– Что? – переспросил тот, удивившись.

– Почему тебя прозвали Волком? – повторила она.

– Меня не прозвали, – ответил Андрей, посмотрев на нее своими холодными глазами, – я сам так себя назвал.

– Но почему? – не унималась она.

– Ты ничего не боишься? – он улыбнулся краешком губ.

– Нечестно отвечать вопросом на вопрос, – заявила Эри, позволяя себе немного дурашливости.